100 великих памятников

Дмитрий Самин

<< Назад | Содержание | Дальше >>

Александровская колонна (1834 г.)

Идея установки в Петербурге триумфальной колонны принадлежит французскому зодчему Монферрану.

Анри Луи Огюст Рикар де Монферран родился 23 января 1786 года во Франции в Шайо, предместье Парижа. Отец его был учителем верховой езды, потом директором Королевской академии в Лионе. Мать, итальянка, была дочерью торговца.

1 октября 1806 года Огюст поступает в Королевскую специальную школу архитектуры. Однако занятия там совпали с началом наполеоновских войн. Монферран был призван в конногвардейский полк, направленный в Италию для охраны завоеванных территорий.

В том же году после участия в бою он получил чин сержанта, был ранен в бедро и голову и, оставив службу в армии в 1807 году, возвратился в Школу архитектуры. В последние годы учения служил в ведомстве генерального инспектора архитектуры города Парижа Ж. Молино. После окончания Школы архитектуры Монферран в 1813 году вновь надел военный мундир и, сформировав роту, присоединился к армии под Дрезденом. Отличившись в сражении при Арно, Монферран был награжден орденом Почетного легиона и получил чин старшего квартирмейстера.

После отречения Наполеона в апреле 1814 года Монферран оставляет армию, возвращается в Париж и снова работает у Молино, ведя наблюдение за строительными работами.

Монферрану уже тридцать лет, процесс формирования художественных идеалов завершился, а он ещё ничего не построил по собственным проектам. Озабоченный этими мыслями, он в 1814 году воспользовался пребыванием в Париже Александра I и поднес ему папку своих проектов.

Огюст рассчитывал заинтересовать императора победившей державы установкой в России «триумфальной колонны, посвященной Всеобщему миру», и представил проект этой колонны, состоящей из трех частей: основания с пьедесталом, тела колонны и венчающей колонну фигуры Александра І в античных одеждах.

Идея понравилась, но заказа на ее воплощение Монферран не получил. Переехав в Россию в 1816 году, он большую часть своего времени был занят проектированием и строительством Исаакиевского собора. Между тем после смерти Александра I, желая утвердить деяния предшественника, Николай I счел необходимым создать памятник на площади перед Зимним дворцом.

«Размышляя предварительно о месте, которое для него было предназначено, — писал Монферран, — мне было легко понять, что скульптурный памятник, каковы бы ни были его пропорции, никогда не удастся согласовать с окружающими его обширными зданиями». Решительно отказавшись от скульптурного изображения, зодчий приступил к проектированию памятника, задумав его в виде четырехгранного обелиска из цельного куска гранита, приближающегося по своим пропорциям к египетским обелискам времен Среднего царства.

Вот как обосновал сам архитектор выбор идеи мемориального памятника: «Памятники — это всегда открытая страница, где народ может черпать во все времена знания о прошедших событиях, проникаться справедливой гордостью при виде замечательных примеров, которые ему завещаны славными предками… Граждане будут больше любить города, обогащенные памятниками, которые им будут напоминать о славе Отчизны».

Вскоре пришлось отказаться и от мысли установить на Дворцовой площади обелиск. Главная причина заключалась в том, что он не соответствовал характеру архитектуры ансамбля площади, который формировался в связи с постройкой Главного штаба и приобретал черты завершенности, несмотря на разновременность и стилистическую неоднородность входящих в него зданий.

Эспланада трех площадей: Исаакиевской, Адмиралтейской и Дворцовой с величавыми зданиями Зимнего дворца и Адмиралтейства, просторов Невы и громады Исаакиевского собора требовала для своего равновесия иной по характеру вертикали. Монферран окончательно утвердился в мысли, что такой доминантой должна стать колонна, которая не превышала бы по высоте шпиль Адмиралтейства и купол Исаакиевского собора, но была соразмерна Дворцовой площади и являлась необходимым композиционным элементом в пространственной структуре архитектурного ансамбля центральных площадей города. Речь шла о том, чтобы создать монумент, достойно отвечающий цели акцентировать центр Дворцовой площади.

Обдумывая архитектурное, пластическое решение монумента, Монферран в поисках возможных прототипов вновь обратился к историческим аналогиям. Его внимание привлекла римская колонна Траяна. Считая колонну Траяна непревзойденным образцом по совершенству формы и внутренней гармонии, он писал: «Колонна Траяна, этот наиболее прекрасный образец, созданный людьми в этом роде, естественно представлялся моему уму, и я должен был и в дальнейшем, подобно тому, как это сделали в Риме в отношении колонны Антонина, а в Париже с колонной Наполеона, постараться насколько возможно приблизиться к прекрасному античному образцу».

Другой французский архитектор Ж. Лемер тоже находился под сильным влиянием художественного образа колонны Траяна и в 1806–1810 годах установил в Париже колонну Славы высотой 43 метра на Вандомской площади. Поскольку колонна Славы в то время была самым высоким памятником такого типа, то Монферран решил превзойти ее по высоте.

Несмотря на все восхищение римской колонной, Монферран считал недопустимым полное повторение античного образца, он хотел придать колонне оригинальное звучание: «Я заменил спиральные скульптуры этого памятника монолитным стержнем 12 футов в диаметре (3,66 метра) и 84 фута высотою (25,56 метра), высеченным из гранитной глыбы, на которую я обратил внимание во время частых поездок в Финляндию в последние 13 лет». Кроме того, его решение не было лишено и практичности: «Глыба красного гранита, не имеющая недостатков, способная получить наилучшую полировку, не уступающая ни в чем самому лучшему граниту Востока, находится в карьере Пютерлакса, около Фридрихсгама, на том самом месте, откуда были извлечены 48 гранитных колонн Исаакиевского собора».

Вот что пишут в своей книге о французском архитекторе А. Л. Ротач и О. А. Чеканова: «Приняв решение оставить монумент гладким, без рельефных композиций, Монферран большое внимание уделил построению наиболее точной и правильной формы стержня колонны. Соотношение верхнего и нижнего диаметров, очертания наружного контура, отношение основания к общей высоте — все это требовало самой тщательной проработки. Но самым главным был вопрос выбора кривой утонения стержня колонны. Для достижения наиболее совершенной формы стержня все крупнейшие архитекторы, начиная с Витрувия, предлагали свои способы утонения. Архитекторы эпохи Возрождения Виньола и А. Палладио считали, что на одну треть своей высоты колонна имеет цилиндрическую форму, затем получает некоторое утолщение, после чего происходит постепенное утонение ствола. В каждом случае такие построения производились с помощью расчетов.

Для построения формы колонн Исаакиевского собора Монферран воспользовался этими расчетами. Проектируя Александровскую колонну, зодчий взял за основу пьедестал и базу колонны Трояна, приняв диаметр основания стержня 12 футов (3,66 метра), высоту стержня 84 фута (25,58 метра), диаметр верхнего основания стержня 10 футов 6 дюймов (3,19 метра). Получалось, что диаметр колонны укладывался в ее высоте 8 раз. Отсюда следует, что отношение верхнего диаметра к нижнему составляет 3,19:3,66, т. е. равно отношению 8:9».

Однако главную и самую ответственную задачу — утонение стержня колонны — Монферран решил по-своему. Он, в отличие от архитекторов Возрождения, считал, что утонение должно начинаться не с одной трети высоты, а с самого основания. Ему удалось подкрепить свою точку зрения расчетами, сделанными по методу математика Ламе. В результате Монферрану удалось создать красивую плавную кривую линию наружного контура колонны.

Проект был утвержден 24 сентября 1829 года, и Монферран назначен строителем монумента. Академия художеств, ранее не признававшая архитектора, теперь отдавала ему дань уважения. Совет Академии по предложению президента Оленина присвоил ему звание «почетного вольного общника». Это звание обычно присуждалось титулованным отечественным особам или очень известным, выдающимся иностранным художникам.

30 августа 1832 года было назначено поднятие колонны на пьедестал. Вот как описал сам архитектор этот процесс: «Улицы, ведущие к Дворцовой площади, Адмиралтейству и Сенату, были сплошь запружены публикой, привлеченной новизной столь необычайного зрелища. Толпа возросла вскоре до таких пределов, что кони, кареты и люди смешались в одно целое. Дома были заполнены людьми до самых крыш. Не осталось свободного ни одного окна, ни одного выступа, так велик был интерес к памятнику. Полукруглое здание Главного штаба, уподобившееся в этот день амфитеатру Древнего Рима, вместило более десяти тысяч человек. В специальном павильоне расположился Николай I со своей семьей. В другом — посланники Австрии, Англии, Франции, министры, уполномоченные по делам, составляющие иностранный дипломатический корпус. Затем специальные места для Академии наук и Академии художеств, университетской профессуры, для иностранцев, лиц, близких к искусству, прибывших из Италии, Германии, чтобы присутствовать на этой церемонии…»

В течение двух последующих лет шла доработка монумента. Были установлены бронзовые украшения на пьедестал и фигура ангела, которая по замыслу зодчего должна была завершать колонну.

Монферран посчитал возможным отступить от традиционного увенчания колонны статуей императора. Колонна завершена четко вырисовывающейся на фоне неба аллегорической фигурой ангела, который крестом попирает змею. Его легкая фигура, струящиеся складки одежды, строгая вертикаль креста подчеркивают стройность колонны. Статуя создана с несомненным изяществом и мастерством. Автор ее Б. И. Орловский.

Завершение огромной колонны статуей, помещенной на высоте около сорока метров, — задача весьма сложная. Нужно было добиться композиционного и пластического единства скульптурной и архитектурной частей монумента, найти правильные пропорции, обеспечить четкость и выразительность силуэта, необходимую рельефность проработки деталей и т. п. Со всем этим Орловский успешно справился.

Пьедестал памятника украшают бронзовые барельефы с изображением аллегорических фигур и воинских доспехов. На барельефе, обращенном в сторону Зимнего дворца, симметрично помещены две фигуры — женщины и старика, олицетворяющие реки Вислу и Неман, форсированные русской армией во время преследования Наполеона. На остальных трех барельефах аллегории Мира, Правосудия, Мудрости, Изобилия и другие и изображение воинских доспехов, напоминающих о боевой славе русского народа, — шлемы Александра Невского и Ермака, броня царя Алексея Михайловича, щит Олега. Пьедестал завершается бронзовыми гирляндами, поддерживаемыми двуглавыми орлами. База колонны оформлена в виде лаврового венка.

Композиции барельефов прорисованы Монферраном. Он прекрасно увязал масштаб этих композиций с монументальными формами колонны. Барельефы выполнялись в проектную величину художником Д.-Б. Скотти. Модели делали скульпторы П. Свинцов и И. Леппе, орнаментальные украшения скульптор Е. Балин, а бронзовые отливки выполнялись на заводе Берда (ныне Адмиралтейский).

В отличие от колонны Траяна Монферран поставил пьедестал колонны на уширенный стилобат и небольшую ступенчатую террасу. От этого сооружение только выиграло в плане монументальности, ибо у античного прообраза переход от горизонтали основания к вертикали колонны кажется недостаточно плавным. Все это позволило Монферрану создать не подобие и не подражание, а самостоятельный памятник, прекрасные качества которого не мешают, однако, увидеть неподражаемые особенности античного оригинала.

Торжественное открытие самой высокой колонны в мире — 47,5 метра — состоялось ровно через два года после установки колонны на пьедестал— 30 августа 1834 года. Сохранилось воспоминание об этом событии поэта В. А. Жуковского: «Никакое перо не может описать величия той минуты, когда по трем пушечным выстрелам вдруг из всех улиц, как будто из земли рожденный стройными громадами, с барабанным громом, под звуки Парижского марша пошли колонны русского войска. Начался церемониальный марш: русское войско прошло мимо Александровской колонны; два часа продолжалось сие великолепие, единственное в мире зрелище. Ввечеру долго по улицам освещенного города бродили шумные толпы, наконец освещение угасло, улицы опустели, на безлюдной площади остался величественный колосс со своим часовым».

Обращение

Дамы и господа! Электронные книги представленные в библиотеке, предназначены только для ознакомления.Качественные электронные и бумажные книги можно приобрести в специализированных электронных библиотеках и книжных магазинах. Если Вы обладаете правами на какой-либо текст и не согласны с его размещением на сайте, пожалуйста, напишите нам.

Меню

Меню

Меню

Книги о ремонте

Полезные советы