100 великих памятников

Дмитрий Самин

<< Назад | Содержание | Дальше >>

Стреляющий Геракл (1909 г.)

Рассказывают, что однажды к «Гераклу», выставленному в Салоне 1910 года, подошла группа художников.

«Вы автор этой работы? — обратились они к автору — Бурделю. — Можете гордиться, вы создали действительно нечто выдающееся».

Эмиль-Антуан Бурдель родился в Монтабане в 1861 году в семье резчика по дереву. Детские годы будущего скульптора прошли в кругу большой патриархальной семьи. «Мой дед с отцовской стороны был пастухом из Тарн — Гаронны. Я вырос под звуки пастушеского рожка… Один из моих дядей… каждое утро и вечер очаровывал Монтобан искусными переливами своей самшитовой свирели… Мой дед с материнской стороны — ткач… обладал неплохим голосом, он часто пел, и его простые, немного суровые песни до сих пор живут в моем сердце».

Вместе с дедом-пастухом Бурдель пасет коз и учится слушать, понимать язык природы. В тринадцать лет, научившись неплохо рисовать, Бурдель помогает отцу. Эмиль вырезает небольшие фигурки из дерева для украшения мебели, голову фавна, львиные маски, листья аканта и т. д. Работы Бурделя-младшего все больше привлекают к себе внимание. При поддержке поэта Э. Пувийона талантливого юношу посылают в Тулузу.

Начинаются годы упорного и напряженного труда. Бурдель постепенно увлекается средневековой архитектурой и скульптурой, благо Тулуза настоящий музей

Молодой скульптор подолгу бродил по городу, заходил в антикварные лавочки. Свою первую работу Бурдель выполнил, вылепив голову драгуна Декре. Затем на выставке в Тулузе Бурдель выставил другой портрет — Бермонда. Годы, проведенные в Тулузе, стали для него хорошей школой, но, чтобы совершенствоваться, надо было ехать в Париж. «Мы возлагаем на вас большие надежды», — сказал, прощаясь, профессор Гарпиньи. Получив рекомендательные письма, Бурдель отправился на завоевание Парижа.

Бурдель приехал в Париж в 1884 году. Недолго проучившись в Школе изящных искусств, он поступает в мастерскую Фальгнера, но и здесь он задыхался в атмосфере салонного благополучия: Бурдель не переносил академический лоск и казенность учебы.

Позднее он признается, что после двух лет пребывания в Академии понадобилось десять лет, чтобы освободиться от злополучного влияния. И действительно первые работы скульптора показывают, что он не свободен от академического влияния.

Бурдель впервые выступает в Салоне 1885 года, дебютирует большой гипсовой группой «Первая победа Ганнибала», ныне в Музее Энгра, в Монтобане.

Собственная нота Бурделя, пожалуй, впервые явственно слышится в памятнике поэту Леону Клоделю, воздвигнутом Бурделем на родине в Монтобане в 1894 году.

В девяностые годы Бурдель ищет разрешение новых задач в изучении и «свободном» использовании «конструктивных» эпох скульптуры, особенно греческой архаики и готики. В соприкосновении с памятниками этих эпох вырабатывает скульптор свой язык в эту лучшую пору творчества — сжатый, полный структурной силы и вместе с тем дышащий страстью.

Центральной работой наступающего десятилетия является «Стреляющий Геракл», появившийся в Салоне Национального общества в 1909 году, возбудивший всеобщее внимание и выдвинувший Бурделя в первые ряды скульпторов Работа над «Гераклом» заняла несколько лет.

К сожалению, в архиве Бурделя почти не сохранилось никаких материалов, относящихся к истории создания «Стреляющего Геракла». Велика вероятность, что замысел произведения подсказан композицией с Эгинского фронтона, воспроизведение которой сохранилось на старинной монете, поскольку композиционное решение в обоих случаях очень сходно. Имя человека, который позировал Бурделю известно — это командир кирасиров Дуайен Париго. «К тому же, — замечает Бурдель, — я был ограничен во времени: один из моих друзей, обладавший великолепным сложением, согласился позировать мне, но этот добровольный натурщик смог дать мне лишь десять часов».

Появлению законченного произведения предшествовало пять предварительных эскизов размером около шестидесяти сантиметров. Рассматривая эти эскизы, мы видим, как постепенно оттачивалась композиция статуи. Все усилия скульптора направлены были на то, чтобы передать человеческую фигуру в энергичном действии. От эскиза к эскизу решение становится все более лаконичным, отбрасываются все лишние детали, мешающие передаче стремительного движения. Этюд головы Геракла в 1900 году ещё далек от окончательного решения и скорее напоминает общей трактовкой одутлых, набухших форм голову одного из бойцов монтобанского памятника. Второй вариант — голова 1907 года, с ее профильной акцентуацией, смелым обобщением, экспрессивной архаизацией формы — подводит вплотную к найденному решению. Обращают внимание стилизованные пряди волос, удлиненные глаза, тонкие губы. Лишь после этого он приступает к работе над большой статуей размером в 2,48 метра.

Выставленный в Салоне «Геракл» произвел настоящий фурор. Некоторые члены жюри были настроены настолько воинственно, что Бурдель даже был вынужден сторожить свою работу, так как ее грозились выдворить из зала. Публика толпилась у необычной скульптуры — в ней была какая-то неудержимая сила, возмущавшая одних, привлекавшая других. Но для всех было понятно, что это произведение гениального художника. Именно начиная с «Геракла» имя Бурделя становится известно широкой публике.

«Стреляющий Геракл» Бурделя — олицетворение стихийной, первобытной, но уже целеустремленной силы: могучая и вместе с тем стройная фигура героя-атлета напряжена, как тетива натянутого лука, как гигантская стальная пружина. Опираясь вытянутой вперед левой ногой о выступ скалы, Геракл натягивает гигантский лук, откидывая сильным движением назад свой могучий корпус; равновесие поддерживается согнутой в колене правой ногой. Мощный распор ног создает первый мотив напряженного движения, повторенный и усиленный движением плеч и рук, держащих лук и натягивающих тетиву. Резкий поворот головы, ее профильное положение, хищная устремленность глаз, следящих за добычей, вытянутость вперед лица по направлению стрелы — все это усиливает динамику второго мотива (натягивание лука) и делает его господствующим. Статуя, рисующаяся в воздухе своим четким контуром, несмотря на всю свою динамичность и разбросанность, пластична и сжата. Скульптором передан момент высшего напряжения, высшей концентрации усилия, за которым необходимо последует освобождающий полет стрелы, разрешение предельно напряженных членов, переход в новое положение.

Как пишет в своей книге о скульпторе В. В. Стародубова: «В образе стрелка торжествует необузданная, не знающая оков яростная энергия, словно мастер стремится вернуть человечеству сознание первозданной силы и мощи, утраченных им. Эти черты угадывались уже в „Памятнике павшим“ и в некоторых других более ранних работах, свидетельствуя о том, что идея образа была давно близка Бурделю, но только в „Геракле“ он сумел найти адекватное этому замыслу формальное решение. Выступая так же, как и Роден, противником академизма, Бурдель не может, однако, принять роденовскую трактовку формы, ибо сущность его творчества уже совсем иная. Он ищет собственный путь. Вместе с „Гераклом“, словно штурмующим мир, Бурдель штурмует натуру. Энергия Пюже, Рюда и Бари словно сконцентрирована здесь в одном мощном взрыве, и мастер сумел найти форму для выражения этого взрыва. Композиция „Геракла“ при всей ее динамичности очень компактна и лаконична. Она состоит из двух взаимоусиливающих компонентов: нижняя часть фигуры выполняет как бы роль мощной стальной пружины: левая нога, согнутая в колене, создает ощущение огромной потенциальной энергии, которая в любое мгновение может вырваться наружу; чеканная линия силуэта и подчеркнутая целеустремленность превращают верхнюю часть торса в подобие стрелы, готовой сорваться с тетивы исполинского лука. Это впечатление усиливается движением рук, вытянутых в одну линию, абрисом хищного профиля, формой скул, образующих острый треугольник. Передача движения строится здесь на ином принципе, нежели в работах Рюда или Родена, где ощущение подвижности создавалось совмещением в одной фигуре разновременных момент движения. Здесь же мы наблюдаем как бы момент наибольшей центрации энергии перед последующей разрядкой».

Передавая стремительное движение, Бурдель не нарушает тонкости пластического организма. «Стремительный порыв» воплощен со всей полнотой. Однако движение, бурное действие подчеркивают сущности героической концепции. Бурделя привлекала героика иного порядка — героика духа, которая проявляется в интеллектуальной энергии, в нравственной эстетике. Оба момента гармонично сосуществуют в творчестве Бурделя. Если в раннем периоде превалирует первый, то для зрелости характерно преобладание второго.

Обращение

Дамы и господа! Электронные книги представленные в библиотеке, предназначены только для ознакомления.Качественные электронные и бумажные книги можно приобрести в специализированных электронных библиотеках и книжных магазинах. Если Вы обладаете правами на какой-либо текст и не согласны с его размещением на сайте, пожалуйста, напишите нам.

Меню

Меню

Меню

Книги о ремонте

Полезные советы