100 великих писателей

Геннадий Викторович Иванов

<< Назад | Содержание | Дальше >>

Письмо товарищу Кострову из Парижа о сущности любви

Простите
   меня,
      товарищ Костров,
с присущей
   душевной ширью,
что часть
   на Париж отпущенных строф
на лирику
   я
      растранжирю.
Представьте:
   входит
      красавица в зал,
в меха
   и бусы оправленная.
Я
   эту красавицу взял
      и сказал:
— правильно сказал
   или неправильно? —
Я, товарищ, —
   из России,
знаменит в своей стране я,
я видал
   девиц красивей,
я видал
   девиц стройнее.
Девушкам
   поэты любы.
Я ж умен
   и голосист,
заговариваю зубы —
   только
      слушать согласись.
Не поймать
   меня
      на дряни,
на прохожей
   паре чувств.
Я ж
   навек
      любовью ранен —
еле-еле волочусь.
Мне
   любовь
      не свадьбой мерить:
разлюбила —
   уплыла.
Мне, товарищ,
   в высшей мере
наплевать
   на купола.
Что ж в подробности вдаваться,
шутки бросьте-ка,
мне ж, красавица,
   не двадцать, —
тридцать…
   с хвостиком.
Любовь
   не в том,
      чтоб кипеть крутей,
не в том,
   что жгут угольями,
а в том,
   что встает за горами грудей
над
   волосами-джунглями.
Любить —
   это значит:
      в глубь двора
вбежать
   и до ночи грачьей,
блестя топором,
      рубить дрова,
силой
   своей
      играючи.
Любить —
   это с простынь,
      бессонницей
         рваных,
срываться,
   ревнуя к Копернику,
его,
   а не мужа Марьи Иванны,
считая
   своим
      соперником.
Нам
   любовь
      не рай да кущи,
нам
   любовь
      гудит про то,
что опять
   в работу пущен
сердца
   выстывший мотор.
Вы
   к Москве
      порвали нить.
Годы —
   расстояние.
Как бы
   вам бы
      объяснить
это состояние?
На земле
   огней — до неба…
В синем небе
   звезд —
      до черта.
Если б я
   поэтом не был,
я бы
   стал бы
      звездочетом.
Подымает площадь шум,
экипажи движутся,
я хожу,
   стишки пишу
в записную книжицу.
Мчат
   авто
      по улице,
а не свалят наземь.
Понимают
   умницы:
человек —
   в экстазе.
Сонм видений
   и идей
полон
   до крышки.
Тут бы
   и у медведей
выросли бы крылышки.
И вот
   с какой-то
      грошовой столовой,
когда
   докипело это,
из зева
   до звезд
      взвивается слово
золоторожденной кометой.
Распластан
   хвост
      небесам на треть,
блестит
   и горит оперенье его,
чтоб двум влюбленным
   на звезды смотреть
из ихней
   беседки сиреневой.
Чтоб подымать,
   и вести,
      и влечь,
которые глазом ослабли.
Чтоб вражьи
   головы
      спиливать с плеч
хвостатой
   сияющей саблей.
Себя
до последнего стука в груди,
как на свиданье,
   простаивая.
прислушиваюсь:
   любовь загудит —
человеческая,
   простая.
Ураган,
   огонь,
      вода
подступают в ропоте.
Кто
сумеет совладать?
Можете?
   Попробуйте…
[1928]

Обращение

Дамы и господа! Электронные книги представленные в библиотеке, предназначены только для ознакомления.Качественные электронные и бумажные книги можно приобрести в специализированных электронных библиотеках и книжных магазинах. Если Вы обладаете правами на какой-либо текст и не согласны с его размещением на сайте, пожалуйста, напишите нам.

Меню

Меню

Меню

Книги о ремонте

Полезные советы