100 великих россиян

Константин Владиславович Рыжов

<< Назад | Содержание | Дальше >>

ИОСИФ СТАЛИН

Будущий правитель Советского Союза и один из самых могущественных диктаторов в истории человечества родился в декабре 1878 г в небольшом грузинском городке Гори в семье бывшего крепостного, сапожника Виссариона Джугашвили Его детство и юность были очень бурными В 1888 г родители определили маленького Иосифа в местное духовное училище Он закончил его с отличием в 1894 г, после чего поступил в Тифлисскую православную духовную семинарию Около 1896 г Иосиф примкнул к тайно действовавшему в ней марксистскому кружку, а в 1898 г вступил в нелегальную организацию грузинских марксистов «Месамедаси» В том же году Джугашвили отчислили из семинарии за то, что он не явился на очередной экзамен Тогда он поступил на работу в физическую обсерваторию и с головой окунулся в революционную деятельность Джугашвили (или Коба, как он стал позже именовать себя, перейдя на нелегальное положение) был одним из главных организаторов знаменитой первомайской 1901 г демонстрации тифлисских рабочих В том же году он был избран в тифлисский комитет РСДРП и направлен на работу в Батум Здесь весной 1902 г он тоже организовал забастовку и массовое выступление рабочих Вскоре Коба был в первый раз арестован и после длительного пребывания в тюрьме в 1903 г выслан в Восточную Сибирь Еще находясь в тюрьме, он женился на сестре своего друга Екатерине Сванидзе (она умерла через пять лет от воспаления легких) До места своей ссылки (деревни Новая Да Иркутской губернии) он в этот раз так и не добрался, совершив побег по дороге из пересыльной тюрьмы В 1904 г он перебрался в Баку, а в следуюЩбм, в качестве делегата кавказского союза РСДРП, отправился на первую конференцию РСДРП в Финляндию и здесь впервые встретился с Лениным Вернувшись в 1906 г. в Россию, Коба активно взялся за организацию экспроприации и вскоре стал признанным руководителем большевистских боевиков в Закавказье. Этот период его практически уголовной деятельности до сих пор покрыт мраком тайны. Все, кто мог рассказать о нем, позже погибли. (Одним из первых в 1922 г. при таинственных обстоятельствах ушел из жизни знаменитый Камо — в то время ближайший соратник Кобы.) Однако есть свидетельства, что именно Джугашвили был организатором дерзкого нападения 13 июля 1907 г. в самом центре Тифлиса на казачий конвой, перевозивший 300 тысяч рублей казенных денег, и первым бросил в него бомбу. Он был также причастен к убийству военного губернатора Грузии генерала Грязнова. В марте 1908 г. Коба был арестован и выслан в город Сольвычегодск Вологодской губернии. Вскоре он бежал и в 1909 г. вновь возвратился в Баку, в 1910 г. опять был арестован и выслан в Вологду. В 1912 г., вскоре после Пражской конференции, Джугашвили по личному предложению Ленина был заочно избран в состав ЦК партии.

Бежав в очередной раз из ссылки, он отправился за границу, встретился в Праге с Лениным, а потом отправился в Австрию и здесь написал одну из своих самых известных работ «Марксизм и национальный вопрос» (вышла отдельной брошюрой в 1914 г. с подписью Сталин) В феврале 1913 г., после недолгого пребывания в Кракове, Коба вернулся в Петербург, где был выдан провокатором Малиновским. На этот раз его выслали в Туруханский край, в Курейку, почти к самому Полярному кругу. Сталин провел там четыре года, быть может, самых трудных в своей жизни. Пережившие вместе с ним ссылку революционеры вспоминали о нем как о мрачном и нелюдимом человеке. По словам Свердлова, Сталин был «большой индивидуалист в обыденной жизни». По свидетельству другого ссыльного, Масленникова, он держался отчужденно от всех остальных и все время оставался «гордым, замкнутым в самом себе, в своих думах и планах».

В марте 1917 г., уже после Февральской революции, Сталин вместе с Каменевым прибыл в Петроград. По праву старшинства они сейчас же взяли руководство столичным большевистским комитетом и газетой «Правда» в свои руки. Но уже 3 апреля из эмиграции приехал Ленин В мае Сталин был избран в состав бюро ЦК (этот руководящий партийный орган состоял тогда всего из четырех человек: Ленина, Каменева, Зиновьева; потом в него вошел еще Троцкий). После июльского кризиса, когда началась охота за Лениным, Сталин укрыл его у своих друзей Аллилуевых. Вместе со Свердловым он подготовил и провел в конце июля 1917 г. VI съезд РСДРП(б), на котором сделал основной доклад (Ленин скрывался тогда в Финляндии). В организации самого восстания он, правда, активного участия не принимал В созданном после Октябрьской революции Совете народных комиссаров Сталин занял пост наркома по делам национальностей В этом качестве он совместно с Лениным разработал знаменитый декрет «О праве наций на самоопределение», а затем именем нового правительства провозгласил независимость Финляндии. Начавшаяся Гражданская война отвлекла Сталина от прямых обязанностей В те трудные годы он неоднократно выполнял особые поручения Ленина на фронтах. Так, весной 1918 г. вместе со Шляпниковым Сталин был направлен на юг России для организации продразверстки. В Царицыне они застали полную неразбериху и хаос как в продовольственных, так и в военных делах. Сталин немедленно взял власть в свои руки и развернул бурную деятельность. Уже через несколько недель положение на транспорте значительно улучшилось, а в центр потекло зерно. Его мероприятия в военной сфере были не такими успешными. Сталин сместил командовавшего Северо-Кавказским военным округом Снесарева (бывшего генерала) и назначил на его место Климента Ворошилова. Во второй половине июля к Царицыну подступила Донская армия генерала Краснова Ошибки Ворошилова привели к нескольким поражениям красных. Казаки прорвались к самому городу и блокировали его со всех сторон. Однако жесткими методами Сталин восстановил дисциплину и город не сдал. Между прочим, он приказал расстрелять многих бывших офицеров — военспецов, назначенных военным наркомом Троцким. На этой почве, а также из-за того, что Сталин отказывался подчиняться назначенному Троцким Сытину (тоже бывшему царскому генералу), между двумя наркомами началась жестокая распря. Только в октябре Троцкий добился отзыва Сталина в Москву.

В январе 1919 г. (после того как колчаковцы взяли Пермь) Сталин вместе с Дзержинским вновь был направлен на фронт, на этот раз в Вятку. Красные части были деморализованы поражениями — в них процветали пьянство и мародерство. Беспощадными расстрелами Сталин восстановил порядок и боеспособность. В мае с грозным мандатом «для принятия всех необходимых и экстренных мер» он был направлен в осажденный Юденичем Петроград для подавления готовившегося здесь контрреволюционного мятежа. С прибытием Сталина в Петрограде начались массовые обыски и беспощадные расстрелы «бывших». В июне Сталин подавил восстание, поднятое гарнизонами двух фортов — Красной Горки и Серой Лошади. Во второй половине 1919-го, когда развернула наступление армия Деникина, Сталин в качестве члена Реввоенсовета был определен на Западный, а потом — на Южный и Юго-Западный фронты. В начале 1920 г. под его руководством прошло неудачное наступление красных на Львов.

Вернувшись в конце 1920 г. в Москву, Сталин перенес тяжелую операцию по удалению гнойного аппендицита, сопровождавшуюся широкой резекцией слепой кишки. Здоровье его было сильно подорвано трудной кочевой жизнью; врачи всерьез опасались, что он умрет прямо на операционном столе. В мае 1921 г. Ленин отправил его в длительный отпуск на Кавказ.

Постепенный рост сталинского могущества начался после того, как в апреле 1922 г. на XI съезде он был избран на только что созданный пост Генерального секретаря партии (оставаясь при этом членом Политбюро и Оргбюро а также наркомом по делам национальностей) Должность эта первоначально мыслилась как чисто организационная. Секретариат был в партийной иерархии только третьим по значению органом после Политбюро и Оргбюро и создавался для решения текущих технических вопросов. Однако в сфере его Деятельности находился подбор партийных кадров Этот важный и поначалу "еприметный рычаг Сталин немедленно использовал в своих интересах, всюду продвигая своих сподвижников. В Оргбюро (этот орган занимался организационными вопросами) он выдвинул Молотова, а заведующим орготделом ЦК назначил Лазаря Кагановича. В ведении последнего находился аппарат инструкторов ЦК, проверявших работу низовых парторганизаций. Вскоре орготдел получил право назначать партийных руководителей на местах. Меньше чем за год Каганович проверил и утвердил с подачи Сталина сорока трех губернских секретарей, обеспечив генсеку контроль над партийной провинцией, а следовательно — и над всеми местными органами власти. Через этих секретарей Сталин в дальнейшем легко подбирал нужных людей в делегаты партийных съездов, на которых в те годы определялась политика страны, и всегда обеспечивал на них большинство своим сторонникам.

Еще одно обстоятельство чрезвычайно усилило руководящую роль генсека-в мае того же года Ленин перенес первый инсульт и надолго отошел от реального правления. Вернувшись осенью 1922 г. к работе, вождь был неприятно поражен огромной властью, которая сосредоточилась к этому времени в руках Сталина. Вскоре между ними возникли и прямые разногласия по национальному вопросу в связи с образованием Советского Союза. Суть противоречий сводилась к тому, что Сталин предполагал формально независимые республики — Украину, Белоруссию и Закавказскую федерацию (объединявшую Грузию, Армению и Азербайджан) включить на правах автономий в состав России. Ленин в противовес ему выдвинул идею союза республик, наделенных одинаковыми правами вплоть до права выхода из состава Союза. После резкой критики Ленина, обвинившего Сталина в великорусском шовинизме, тот уступил и подготовил Декларацию об образовании Советского Союза в ленинской формулировке. Ленин этим не удовлетворился и всерьез готовился на XII съезде выступить с обвинениями против Сталина, чтобы сместить его с поста генсека. Однако он не успел ~ в декабре 1922 г. его постиг новый удар, навсегда отстранивший его от рычагов власти. Под предлогом предоставления необходимого покоя Сталин изолировал Ленина от всех дел. Тогда разыгрался первый раунд борьбы за власть, в котором главными противниками были Троцкий и Сталин.

Лев Троцкий, в то время «человек № 2» в партийной иерархии, имел огромные заслуги перед партией и перед революцией и, несомненно, был как личность ярче и талантливее всех своих оппонентов. Однако пост, который он занимал — нарком обороны, — в мирное время не давал большого влияния.

Добиться победы над Сталиным на партийном съезде он не мог, поскольку тот имел возможность заведомо обеспечить себе на нем большинство. Принятая на Х съезде резолюция о недопустимости фракционной борьбы внутри партии делала положение Троцкого очень затруднительным. Поэтому в 1923 г. он и его сторонники развернули ожесточенную дискуссию, протестуя против диктата Секретариата и требуя расширения партийной демократии. В октябре они отправили в ЦК свое «Заявление», в котором, в частности, писали: «Режим, установившийся в партии, совершенно нетерпим. Он убивает самодеятельность партии, подменяя партию, подобранным чиновничьим аппаратом».

Причина разногласий была, впрочем, не только в этом. Один из важнейших вопросов в то время заключался в отношении к НЭПу. (Известно, что в 1921 г.

Ленин был вынужден пойти на резкое изменение политического курса: вновь допустил в стране свободную торговлю и частное предпринимательство. Эта политика, в отличие от царившего в годы Гражданской войны «военного коммунизма», получила название новой экономической политики, или НЭПа.) Троцкий и его сторонники требовали покончить с НЭПом, усилить давление на зажиточных крестьян (кулаков) и новую буржуазию (нэпманов), твердили о том, что хозяйство должно быть подчинено плановому руководству, требовали «диктатуры промышленности», то есть мощной и немедленной индустриализации. Средства для нее должна была дать деревня. (По словам одного из лидеров «левых», Преображенского, пролетарское государство, как и капиталистическое, должно было для проведения индустриализации пройти через период «первоначального накопления». В этих целях следовало пойти «на эксплуатацию пролетариатом досоциалистических форм хозяйства». Крестьянство рассматривалось Преображенским и Троцким в качестве «внутренней колонии» — главного источника роста промышленности.) Однако проведенная в январе 1924 г. партийная конференция осудила Троцкого и оппозицию по всем пунктам, назвав ее «мелкобуржуазным уклоном».

Смерть и похороны Ленина стали следующим шагом к диктатуре Сталина.

Власть в стране фактически перешла к Политбюро, в состав которого в начале 1924 г. входили семь человек: Троцкий, Каменев, Зиновьев, Сталин, Бухарин, Рыков, Томский. Формально все они имели равное влияние на дела, но фактически, по названным выше причинам, власть Сталина, руководившего аппаратом партии, с самого начала была больше. К тому же Троцкий всегда оставался в меньшинстве, так как молодые члены Политбюро — Бухарин, Рыков и Томский, сохраняли нейтралитет, а Каменев и Зиновьев во всем поддерживали Сталина. Прошедший вскоре после смерти Ленина XIII съезд партии вновь избрал Сталина Генеральным секретарем. Троцкий не мог с этим смириться. Осенью 1924 г. он выпустил книгу «Уроки Октября», в которой описал свое видение Октябрьской революции и всюду неумеренно выпячивал свою роль, показывая, что у революции было всего два вождя: покойный Ленин и он, Троцкий. Каменев и Зиновьев, представленные в этой книге в самом неблаговидном виде, немедленно ринулись в бой. Их страстным речам и острым полемическим статьям Сталин в немалой степени был обязан своей, победой: на январском пленуме ЦК 1925 г. Троцкий был снят с поста наркома военных дел.

Однако Каменев и Зиновьев торжествовали рано — победа не привела их к власти. Вместо того, чтобы разделить влияние со своими прежними союзниками, Сталин вдруг стал демонстрировать близость с Бухариным, главой направления, которое в партии называли «правым». Бухарин, в противовес Троцкому, был энергичным сторонником новой экономической политики и считал, что необходимо всемерно поддерживать свободную торговлю и сельскохозяйственное производство. По его инициативе в деревне был легализован наем батраков, облегчена аренда земли и сняты многие административные ограничения, принятые раньше против кулаков. Вследствие этого уже в 1926 г. валовая продукция сельского хозяйства почти на 20 % превысила уровень предвоенного, очень благополучного для России 1913 г. (Однако вследствие того, что революция уничтожила помещичьи латифундии и крупные кулацкие хозяйства, товарного зерна было получено в два раза меньше, чем в 1913 г.) В апреле 1925 г, Бухарин напечатал в «Правде» статью с лозунгом, обращенным к крестьянам: «Обогащайтесь!». Этот призыв ошарашил старых партийцев.

Зиновьев и Каменев потребовали объяснений у Сталина, но тот загадочно молчал. Те обрушились с нападками на Бухарина, но вскоре поняли, что за всеми его действиями стоит Сталин. Бывшие союзники стали расходиться все дальше, а в декабре 1925 г. на XIV съезде произошел полный разрыв. Однако силы оказались неравными. Зиновьев, как глава Ленинградской парторганизации, мог контролировать выбор делегатов только в своей губернии. Между тем Сталин, как Генеральный секретарь, с успехом провел своих делегатов во всех остальных губерниях. В результате на съезде Зиновьев и Каменев остались в полном меньшинстве. Выступления их сторонников были встречены топотом и шиканьем других делегатов. Поражение имело для них чувствительные последствия: Зиновьев перестал быть главой Ленинградской парторганизации (его место занял лояльный Сталину Киров), а Каменев лишился поста заместителя председателя Совнаркома и был выведен из членов Политбюро в кандидаты. Сталин ввел в Политбюро своих ставленников Ворошилова, Молотова и Калинина и с этого времени имел твердое большинство во всех главных партийных органах.

Власть над партией в условиях тогдашней советской действительности означала власть над государством. К тому же в 1925–1926 гг., очень кстати для Сталина, умерли глава ОГПУ Дзержинский и глава военного наркомата Фрунзе. На эти ключевые посты Сталин выдвинул своих людей: Менжинского и Ворошилова. Менжинский постоянно болел, поэтому все дела вел его заместитель Ягода, который был уже не просто сторонником, а преданным слугой Сталина. Противникам Сталина противостояла теперь не только партийная бюрократия, а организованная мощь государственных карательных органов. Однако, потеряв всякое чувство реальности, они не сразу почувствовали это.

Весь 1926 г. Каменев и Зиновьев, объединившись со своим бывшим врагом Троцким, ожесточенно нападали на Сталина и Бухарина, но неизменно терпели поражение на каждом пленуме. В октябре Троцкий и Зиновьев были исключены из Политбюро. Выбитые из руководящих органов партии, троцкисты и зиновьевцы попытались начать нелегальную борьбу. В 1927 г., накануне десятой годовщины Октябрьского переворота, Троцкий был поставлен перед необходимостью создать подпольную типофафию, чтобы напечатать свою программу. Но советская политическая полиция работала намного лучше царской охранки. О каждом шаге оппозиционеров Сталину докладывали агенты ОГПУ. Троцкий тотчас же был разоблачен и потерял последних сторонников. 7 ноября оппозиционеры попытались организовать свои демонстрации в Москве и Ленинграде, но были разогнаны милицией и агентами ОГПУ. В декабре состоялся XV съезд, на котором Троцкий, Каменев, Зиновьев, Пятаков, Радек и многие другие — около семидесяти известных деятелей оппозиции — были исключены из партии. Так в юбилей Октября Сталин выгнал из партии почти всех ближайших сподвижников Ленина. Вскоре Троцкий был отправлен в ссылку в Алма-Ату, а потом выслан за границу. Это был серьезный противник, и Сталин понимал, что дальше играть с ним опасно. Но его соратников Каменева и Зиновьева он оставил в Советском Союзе и постепенно превратил в политических шутов.

К тому времени, когда единоличная и бесконтрольная власть окончательно перешла в руки Сталина, он был уже искушенным, сложившимся политиком. Как и многие большевики, он не получил в молодости систематического образования и должен был заполнять пробелы в своих знаниях упорным самообразованием. Во все годы он очень много читал. В 1925 г. по приказу и по личному плану генсека была собрана большая и хорошая библиотека. Судя по этой подборке, интересы Сталина были достаточно односторонними, составные части научного коммунизма (труды Маркса, Энгельса, Ленина, Троцкого и других партийных вождей), история, конкретные знания, связанные с политической деятельностью. Однако все эти направления были проработаны им очень основательно. Он внимательно следил за художественной литературой.

Специальные люди ежедневно составляли Сталину обзоры и подборки не только из периодической печати, но также из «толстых» литературных журналов. Все «громкие» литературные новинки — романы, повести, пьесы — он если и не читал, то обязательно просматривал. Так же внимательно следил он за белоэмигрантской периодикой.

Таким образом, хотя Сталин, несомненно, знал очень много, едва ли можно считать его образование фундаментальным, а знания энциклопедическими. В этом отношении он уступал другим членам Политбюро. Зато ему всегда было присуще глубокое понимание сути и механизмов государственной власти. Как никто другой, Сталин умел подбирать себе послушных исполнителей и проводить свою железную волю через созданный им и прекрасно отлаженный государственный аппарат. В этом отношении он не знал себе равных, и все его личные качества как нельзя более соответствовали роли человека, стоявшего во главе такого аппарата. Он отличался феноменальной памятью.

Многие люди, знавшие его близко, уверяли, что Сталин знал тысячи (возможно — десятки тысяч) имен. Он помнил все высшее командование ОГПУ — НКВД, знал всех своих генералов, лично знал конструкторов вооружения, директоров крупнейших заводов, начальников концлагерей, секретарей обкомов, следователей НКВД и НКГБ, сотни и тысячи чекистов, дипломатов, лидеров комсомола, профсоюзов и пр. За 30 лет своего правления он не разу не ошибся, называя фамилию должностного лица. Ясность и четкость, свойственные его мышлению, умение сразу схватить суть любого явления выпукло проявлялись в его манере выступать и вести беседу. Есть свидетельства, что Сталин был плохим оратором на митингах — он не умел говорить перед случайной толпой: голос был слишком тихим, да и слов нужных не находил. Но зато перед подобранными слушателями, на конференциях и съездах он всегда выступал блестяще: речь его была четкой, логичной, но не сухой. Он был хорошим полемистом, каждая его реплика отличалась емкостью и продуманностью. Представитель американского президента Гарри Гопкинс, общавшийся со Сталиным в 1941 г., вспоминал: «Сталин ни разу не повторился. Он говорил метко и прямо… Казалось, что говоришь с замечательно уравновешенной машиной… Его вопросы были ясными, краткими и прямыми… Его ответы были быстрыми, недвусмысленными, они произносились так, словно были им обдуманы много лет назад». Роберт Конквест отмечал, что сила Сталина состояла в абсолютной ясности его доказательств, а Уинстон Черчилль писал:

«Сталин обладал большим чувством юмора и сарказма, а также способностью точно выражать свои мысли. Статьи и речи Сталин писал сам, и в них звучала исполинская сила». О том же говорил Жуков: «Я всегда ценил — и этого нельзя было не ценить — ту краткость, с которой он умел объяснять свои мысли и ставить задачи, не сказав ни единого лишнего слова».

Кроме того, Сталин обладал исключительной работоспособностью. Каждый день ему как главе государства приходилось разрешать множество самых разнообразных вопросов. При этом он никогда не чуждался черновой работы, никогда не страдал верхоглядством — каждая проблема прорабатывалась им с глубочайшей основательностью и методичностью. Сталина справедливо упрекали за то, что он всю страну заставил трудиться в поте лица. Но не надо забывать, что для себя он не делал никакого исключения. Его рабочий день обычно затягивался до раннего утра. После полуночи он и его ближайшие советники обычно делали перерыв и отправлялись ужинать на сталинскую дачу в Кунцево. Здесь за трапезой продолжали заниматься делами. Хотя конечное решение зависело исключительно от него, Сталин всегда давал высказаться по обсуждавшемуся вопросу каждому из присутствующих, внимательно выслушивал их, а потом резюмировал. Если требовалась какая-то справка, нужно было уточнить детали, статистические данные, Сталин тут же по «вертушке» звонил наркому или другому высокому должностному лицу и коротко справлялся о деле. Почти не бывало случая, чтобы на другом конце провода не оказывалось нужного человека — ночные бдения в конце 30-х гг. стали обычным явлением для всего государственного аппарата. Деловое застолье у Сталина продолжалось обычно до четырех утра. После отъезда советников он еще работал в кабинете или саду (Сталин любил ночью срезать цветы). Под утро он ложился отдохнуть. Летом — на топчане, закрыв лицо фуражкой, чтоб не тревожило утреннее солнце. Зимой любил по ночам ездить в санках по аллеям. Во время отпуска и в выходные распорядок дня мало менялся.

Всю жизнь Сталин жил очень скромно. В 20-х гг. (как это видно из сохранившейся переписки с женой) его семья жила на одну небольшую зарплату.

Сохранились расписки, по которым Сталин получал из партийной кассы небольшие суммы по 25–75 рублей в счет будущей получки. Денег порой не хватало, так что жена должна была пойти работать. Хотя в 30-е гг. положение изменилось, присущий ему аскетизм Сталин сохранил до самой смерти. В великолепной кремлевской квартире он почти никогда не жил, предпочитая ей дачи, обставленные очень простой недорогой мебелью. Когда он умер, оказалось, что после него не осталось никаких дорогих личных вещей, никакого антиквариата или «настоящих» дорогих картин. На стенах висели бумажные репродукции в деревянных простеньких рамочках. На полу — два ковра.

Из всех комнат дачи он жил практически только в одной. Спал там же — на диване под простым солдатским одеялом. Ел на краешке стола, заваленном бумагами и книгами, отдавая предпочтение самым простым кушаньям, а пил грузинское вино. Он очень любил кино и театр, внимательно следил за всеми новинками кинематографа, постоянно бывал в Большом театре, а «Лебединое озеро» смотрел не меньше двадцати раз. Также очень нравились ему «Дни Турбиных» Булгакова.

Личной жизни для Сталина фактически не существовало, может быть поэтому она у него и не сложилась. В 1918 г., находясь в Царицыне, он женился на своей машинистке Надежде Аллилуевой, но особой душевной близости между супругами, кажется, никогда не было. 8 ноября 1932 г. та покончила с собой. После гибели жены Сталин остался один, и в Кремле наступило мужское царство. Его приближенные теперь появлялись в правительственной ложе Большого театра одни, без жен, на встречах Нового года все Политбюро сидело вместе за мужским столом, а жены — поодаль, за отдельными столиками.

Есть, впрочем, глухие известия, что с 1935 г. и до самой смерти Сталин жил с одной из своих горничных — Валентиной Истоминой, но об этой связи знали только самые близкие к вождю люди.

После смерти жены Сталин сделал хозяйкой дома свою дочь Светлану, которую обожал. По свидетельству близко знавшей его Марии Сванидзе, «Светлана все время терлась около отца. Он ее ласкал, целовал, любовался ею, кормил со своей тарелки, любовно выбирая кусочки получше». Но позже, когда дочь выросла, прежней близости между ними уже не было. Старшего сына от первого брака, Якова, Сталин почему-то недолюбливал, а младшим, Василием, почти не занимался. Яков погиб во время войны. Василий вырос пустым и никчемным человеком.

Дать оценку Сталину-политику очень трудно. Как и у любого коммунистического диктатора, слова у него сплошь и рядом расходились с делами. Очевидно, что официально провозглашаемые цели социалистического строительства: рост благосостояния советских людей, развитие гражданских свобод, мирное сосуществование народов и т. п. были для Сталина не более чем пропагандой. Он никогда всерьез не следовал этим целям и очень мало сделал для их достижения. Поэтому оценивать его тридцатилетнее правление с этой точки зрения было бы неверно. В реальной политике Сталина отдельные люди и целые народы были только средством или материалом для достижения самой возвышенной и самой важной для любого ортодоксального коммуниста цели — победы мировой революции. Ради этой цели он готов был пойти (и действительно шел, не задумываясь) на величайшие жертвы и преступления, и оценивая, как много ему удалось сделать на этом пути, нельзя не отдать должное его мрачному гению.

При подготовке грандиозного коммунистического переворота, как и во всей своей революционной деятельности, Сталин был великим практиком.

Собственной теории построения социализма он не имел. Но хорошо усвоив идеи Маркса, Ленина и Троцкого, он, кажется, никогда не колебался в выборе того пути, по которому следует вести страну. Известно, что революция возникает обычно в результате войны. Война обостряет противоречия, разоряет хозяйство, приближает нации и государства к роковой черте, за которой ломая привычный уклад жизни. Великой Революции должна была предшествовать Великая Мировая война, к которой Сталин начал готовиться с 1927 г.

Особую роль в развязывании этой войны он с самого начала отводил фашистской Германии. По многим косвенным свидетельствам можно заключить, что Сталин предвидел приход фашистов к власти и считал такое развитие событий желательным. В своей речи на объединенном пленуме ЦК и ЦКК в августе 1927 г. он сказал: «Именно тот факт, что капиталистические правительства фашизируются, именно этот факт ведет к обострению внутреннего положения в капиталистических странах и к революционным выступлениям рабочих». Сталину нужны были европейские кризисы, разруха и голод. Все это мог сделать Гитлер. Официально отмежевавшись от фашистов, Сталин в течение многих лет оказывал им тайную поддержку и исподволь постоянно подталкивал их к войне. Чем больше Гитлер совершал преступлений, тем больше было оснований у Сталина выступить против него в качестве освободителя.

Вслед за тем он рассчитывал «разгромить фашизм, свергнуть капитализм, установить советскую власть, освободить колонии от рабства». Но для того, чтобы сыграть эту роль в финале мировой драмы, Советский Союз должен был иметь многомиллионную, первоклассную армию, оснащенную сверхсовременным оружием: танками, самолетами, машинами и кораблями. Создать такую армию без мощной, развитой индустрии было нереально. Поэтому первым этапом в сталинском плане стала сверхбыстрая супериндустриализация страны, к которой он и приступил в 1927 г., после того как все рычаги власти оказались в его руках.

Идея такой индустриализации, как уже говорилось выше, исходила от Троцкого и его сторонников, которые предлагали провести ее в кратчайшие сроки, изъяв необходимые средства из деревни. Сталин без колебания взял на вооружение идеи своего бывшего идейного врага и железной рукой претворил их в жизнь. Индустриализация была куплена огромной ценой. Изыскивая средства, необходимые для основания и оснащения сотен современных промышленных предприятий, Сталин продал на внешний рынок огромные запасы золота, платины, алмазов. На экспорт были брошены иконы, драгоценные книги, коллекции великих мастеров Возрождения, сокровища музеев и библиотек. За границу гнали все, чем богата Россия: лес, уголь, никель и марганец, нефть и хлопок, икру, пушнину, хлеб и многое другое. Первые два года первой пятилетки проходили очень трудно. Западные кредиты были ничтожны, экспортные ресурсы СССР — недостаточны. Из-за мирового экономического кризиса цены на сырье упали. Продажа зерна давала тогда пятую часть необходимых средств. Стараясь выжать из этой статьи дохода максимальные прибыли, советское государство стало систематически занижать закупочные цены.

Однако уже осенью 1927 г. большая часть крестьян отказалась продавать свой хлеб за бесценок. План хлебозаготовок был сорван, вскоре образовался большой дефицит хлеба, который стал серьезно сказываться на снабжении городов. Реакция коммунистических лидеров на это глухое сопротивление своей политике была жесткой: по предложению Сталина большинство членов ЦК проголосовало за применение чрезвычайных мер против зажиточных крестьян, «скрывающих» излишки зерна. В разные районы страны отправились ближайшие сторонники генсека, среди них Микоян, Каганович, Жданов, Андреев, а 15 января покинул столицу и он сам. На специальном поезде Сталин отправился в Сибирь, где на каждой станции выступал на совещаниях местных партийных руководителей, требуя «придавить» кулаков, привлечь их к суду по обвинению в спекуляции и конфисковать у них укрываемое зерно.

Чтобы реализовать эти требования, в деревню, как во времена Гражданской войны, были двинуты вооруженные отряды. Они стали проводить реквизиции и аресты, разгоняли местные органы власти и закрывали рынки. Все это фактически означало конец новой экономической политики, защитниками которой были «правые» — Бухарин и его сторонники (Рыков, Томский и другие).

По возвращении в Москву между ним и Сталиным начались резкие столкновения. Победа далась Сталину не легко. Позиции Бухарина были очень сильны в Московской парторганизации, за ним было большинство членов Совнаркома и Госплана, он сам был главным редактором «Правды», а его сподвижники стояли во главе многих крупных партийных органов печати. Однако сторонники Бухарина не воспользовались своими преимуществами. Вместо того, чтобы развязать широкую внутрипартийную дискуссию, они ограничились жаркими дебатами внутри Политбюро. Не только в партии, но даже в ЦК спорные вопросы почти не обсуждались.

Все это было на руку генсеку. Он начал против своих противников сложные аппаратные игры, в которых не имел себе равных. Уже через несколько месяцев положение в корне изменилось: сторонники Бухарина потеряли свои посты в редакциях «Ленинградской правды» и журнала «Большевик», сталинские ставленники заняли ведущее положение в редакции «Правды». В октябре Сталину удалось сместить главу Московского обкома Угланова, заменив его своим протеже Молотовым, точно так же сталинские ставленники пришли к руководству в профсоюзах, которыми руководил Томский. Ослабив таким образом своих оппонентов, Сталин перешел в наступление. В апреле 1929 г. на пленуме ЦК он неожиданно выступил против «правых» с грубым и резким докладом. Вслед за тем развернулась организованная травля их по всей стране. В ноябре Бухарин был исключен из Политбюро. В следующем году потеряли свои посты Рыков и Томский. Сталин установил полный контроль как над партией, так и над правительственными органами. Власть его с этого времени фактически стала неограниченной.

Между тем грубый нажим на крестьян в 1928–1929 гг. привел к тому, что резко сократились посевные площади. Заготовка зерна весной 1929 г, шла еще хуже, чем в предыдущие годы. По всей стране и даже в Москве ощущались перебои с продажей хлеба. В городах и рабочих поселках было введено нормированное распределение продуктов питания. Сталин понял, что без кардинальной перестройки сельскохозяйственных отношений продолжать индустриализацию прежними темпами невозможно. На место строптивых единоличников в деревню должны были прийти послушные и зависимые от государства колхозники. Начало новой политики положила написанная осенью 1929 г. статья «Год великого перелома», в которой Сталин выдвинул лозунг «сплошной коллективизации». В декабре на конференции аграрников-марксистов он объявил о ликвидации кулачества как класса и о том, что раскулачивание должно стать составной частью коллективизации. В январе 1930 г. было принято соответствующее постановление ЦК. После этого государство, используя всю мощь своего карательного аппарата, стало загонять крестьян в колхозы.

Во многих областях выдвинули лозунг: «Кто не идет в колхозы, тот враг Советской власти». Так как понятие «кулак» было довольно растяжимое, репрессии обрушились не только на зажиточных крестьян, но и на всех тех, кто не желал добровольно передавать свое добро в коллективное пользование — их лишали имущества и вместе с семьями высылали из деревень. Масштабы развернувшегося террора были огромны. В нетопленых вагонах сотни тысяч мужчин, женщин, детей были вывезены в отдаленные районы Урала, Казахстана, Сибири, где были созданы тысячи кулацких спецпоселений. Очень многие погибли в пути от голода и болезней. Общее число раскулаченных и выселенных семей составляло не меньше 1 млн. (то есть всего около 5 млн. человек).

К 1 марта 1930 г. в колхозы было насильно объединено 55 % крестьянских хозяйств. А 2 марта Сталин совершил политический трюк, который он проделывал потом неоднократно: публично отмежевался от проводимой им политики. В этот день в газете «Правда» появилась его статья «Головокружение от успеха», в которой он обрушился с резкой критикой на местные советы и партийные организации, «запрещая» силой загонять крестьян в колхозы. Через два месяца половина крестьян уже вышла из колхозов, но «обработка» их продолжалась, так что к лету 1931 г. в колхозах было вновь объединено до 60 % единоличников. Очень многие при этом порезали свой скот и лошадей. В целом по стране к 1934 г. количество лошадей сократилось с 32 млн. до 15,5 млн, а поголовье крупного рогатого скота — с 60 до 33,5 млн. Но что значили эти жертвы по сравнению с достигнутыми результатами? Ведь в ходе коллективизации Сталин получил послушную деревню, из которой мог теперь брать столько хлеба, сколько ему требовалось.

Государственные заготовки непрерывно возрастали, достигнув к 1934 г. 40 % собираемого зерна. При этом закупочные цены были настолько низкими, что почти не превышали себестоимости. Колхозникам, которые не сразу поняли суть своего нового положения, пришлось объяснять это путем новых репрессий. В первой половине 30-х гг. практиковалась такая мера воздействия как прекращение подвоза товаров в районы, не выполнявшие плана хлебозаготовок или сокращавшие посевные площади. Если это не помогало, то иногда в северные края поголовно выселяли жителей целых деревень и станиц Заготовки во многих местах сопровождались насилиями. Так, например, Шолохов в одном из своих писем 1933 г. писал о пытках, избиениях и надругательствах, сплошь и рядом сопутствовавших этому «плановому» мероприятию. Чтобы пресечь воровство с колхозных полей, Сталин в августе 1932 г. лично написал знаменитый драконовский закон, согласно которому «лица, покушающиеся на общественную собственность, должны быть рассматриваемы как враги народа». На 1 января 1933 г. согласно этому закону уже было осуждено на большие сроки 55 тысяч человек и 2 тысячи расстреляно. Следствием жестоких изъятий хлеба стал страшный голод, охвативший в 1932–1933 гг. Украину, Поволжье, Кавказ и Казахстан. Крестьяне вымирали целыми деревнями. Кое-где процветало людоедство. Никакой помощи этим бедствующим районам оказано не было. Напротив, продажа хлеба за границу продолжалась. Голодающие пытались бежать в города, но расставленные всюду воинские заставы не выпускали их из охваченных голодом районов. Предполагают, что за два с небольшим года здесь вымерло не меньше пяти миллионов человек.

На таком фоне проходила сталинская индустриализация, в подлинном смысле слова изменившая облик страны. Несмотря на огромные трудности за десять лет в СССР были реконструированы сотни старых и построены тысячи новых предприятий, составивших костяк советской тяжелой промышленноети. Параллельно строились десятки мощных электростанций и создавалась новая энергетическая база. Особое внимание в годы первых пятилеток уделялось черной металлургии. В европейской части СССР выросли металлургические комбинаты «Запорожсталь» и «Азовсталь», а в Западной Сибири — Новокузнецкий (плановая мощность 1,2 млн. т чугуна в год) и Магнитогорский комбинаты (плановая мощность 2,5 млн. т чугуна в год). Быстрыми темпами развивалась цветная металлургия. (В 1927 г. был введен в строй свинцовый завод в Казахстане, в 1938 г. заработал гигантский Балхашский медеплавильный завод, построенный в совершенно пустынной местности. В 1939 г. в Заполярье был пущен гигант «Североникель».) Наряду с этим были заложены основы таких отраслей промышленности, каких не знала царская Россия: станкостроение (кроме станкозавода им. Орджоникидзе в Москве, в 1933 г. был пущен знаменитый Уралмаш, а в 1934 г. еще более мощный Новокраматорский завод тяжелого машиностроения), автомобилестроение (в 1932 г. с конвейера Московского автомобильного завода имени Сталина сошли первые 15 тыс. грузовиков АМО, вскоре дал продукцию другой гигант — Горьковский автомобильный завод), тракторостроение (основу его составили гигантские тракторные заводы в Сталинграде, Харькове и Челябинске), химическая (в том числе химические комбинаты в Бобриках, Березниках, а также в Хибинах на Кольском полуострове, где вырос завод «Апатит») и авиационная промышленность. Было налажено производство мощных турбин и генераторов, качественных сталей, ферросплавов, азота и др Впервые в мире была создана промышленность синтетического каучука (заводы-гиганты в Ярославле, Воронеже и Ефремове, давшие первую продукцию в 1932 г.). Были введены в строй тысячи километров новых железных дорог (среди них Туркестане-Сибирская дорога протяженностью в полторы тысячи км) и проведена грандиозная реконструкция старых: легкие рельсы заменялись тяжелыми, одноколейные железные дороги превращались в двухколейные, усиливалась конструкция железнодорожных мостов, обновлялся парк локомотивов и вагонов (в середине 30-х гг. дали продукцию мощный Луганский паровозостроительный и гигантский Нижнетагильский вагоностроительный заводы). Параллельно было прорыто несколько стратегических каналов (в том числе печально знаменитый Беломорканал, вырытый руками тысяч заключенных). Была создана новая нефтяная база в Поволжье и новая металлургическая база в Западной Сибири.

Все эти успехи стали возможны благодаря колоссальному напряжению жизненных сил всей страны. На новостройках рабочие годами ютились в бараках и землянках, работали по добровольно-принудительному методу по 10 и 12 часов в сутки, нуждаясь буквально во всем. Широко практиковались принудительные займы (то есть фактическое изъятие в пользу государства части заработанных денег). Из-за денежной эмиссии росли цены. Поскольку основные средства вкладывались в тяжелую и оборонную промышленность, ощущался постоянный дефицит товаров народного потребления. Впрочем, на эти ТРУДНОСТИ тогда обращали меньше внимания. Великий энтузиазм, охвативший массы и умело подогреваемый государственной пропагандистской машиной, заставлял смотреть на все бытовые проблемы как на временные и проходящие.

Однако далеко не все закрывали глаза на творимые в стране преступления.

Во второй половине 30-х гг. Сталин, чутко прислушивавшийся к настроениям партийных руководителей, уловил опасные симптомы неповиновения. В 1934 г. состоялся XVII съезд партии, на котором было официально объявлено о победе социализма в СССР. За бравурными речами и неслыханным славословием в адрес Сталина скрывалось недовольство, проявившееся в попытке сместить его с руководящего поста. По свидетельству Хрущева, несколько старых большевиков во главе с Шеболдаевым в перерыве между заседаниями предложили пост Генерального секретаря главе Ленинградской партийной организации Кирову. Киров отказался. Но когда начались выборы в ЦК, оказалось, что из 1225 делегатов 292 подали свои голоса против Сталина (официально было сообщено, что против Сталина — 3 голоса). Сталин не забыл этого ни Кирову, ни делегатам съезда. Считается, что именно тогда он принял решение провести в рядах партийных и советских руководителей грандиозную чистку.

На это же подвигали его и другие соображения. Профессиональные революционеры, совершавшие вместе с Лениным Октябрьский переворот и сделавшиеся во второй половине 30-х гг. высокими начальниками, не подходили для тех замыслов, которые Сталин намеревался осуществить в ближайшем будущем. Они очень мало понимали в технике, экономике и современной военной науке. Достаточно сказать, что в 1937 г. 70 % секретарей обкомов и 80 % секретарей райкомов не имели даже среднего образования. За двадцать лет власти они сильно постарели, обросли семьями, родственниками, любовницами и не годились для нового революционного броска, намеченного Сталиным. Эта правящая верхушка, проявившая желание «отдохнуть», должна была сойти с исторической сцены и освободить место для нового поколения.

Начало репрессиям положило убийство Кирова. 1 декабря 1934 г. его прямо в Смольном застрелил молодой партиец Леонид Николаев. В обстоятельствах этой темной истории очень много загадок. Но даже при поверхностном знакомстве с ней невольно напрашивается мысль, что если НКВД и не организовало прямо это покушение, то оно сделало все, чтобы направить Николаева. Смерть Кирова и поднятая вокруг нее газетная шумиха дали Сталину удобный повод для расправы со своими бывшими врагами. В день покушения он лично продиктовал постановление ЦИК СССР «О порядке ведения дел о террористических актах против работников Советской власти». Сроки следствия по подобным делам отныне не должны были превышать десяти дней, дела рассматривались без прокурора и адвоката, подача кассационных жалоб и ходатайств о помиловании не допускалась. Приговор к высшей мере должен был приводиться в исполнение в течение суток. Введение в действие этого закона открыло путь неслыханному со времен средневековья правовому произволу. Позже (в марте 1935 г.) был принят «Закон о наказании членов семей изменников Родины», по которому всех ближайших родственников «врагов народа» должны были выселять в отдаленные районы страны, даже в том случае, когда они не имели никакого отношения к совершенному преступлению. Затем (в апреле 1935 г.) был принят указ ЦИК СССР, разрешавший привлекать к уголовной ответственности детей 12-летнего возраста. При этом на них распространялись все предусмотренные Уголовным кодексом наказания, вплоть до расстрела. Одновременно были ужесточены меры воздействия на арестованных. В обкомы была разослана секретная телеграмма за подписью Сталина: «ЦК ВКП(б) разъясняет, что применение физического воздействия в практику НКВД допущено с 1937 г. с разрешения ЦК… Известно, что все буржуазные разведки применяют физическое воздействие в отношении представителей пролетариата. Спрашивается: почему социалистическая разведка должна быть гуманнее в отношении заклятых врагов рабочего класса?»

Где находятся эти «заклятые враги», Сталин, похоже, знал с самого начала.

Он прямо указывал чекистам: «Ищите убийц среди зиновьевцев». Но нарком внутренних дел Ягода испытывал слишком большой пиетет по отношению к «ленинской гвардии» и действовал нерешительно. Сталин подключил к нему своего ставленника Николая Ежова. Этот грубый, ограниченный и совершенно ничтожный человек как нельзя более подходил на задуманную для него роль: сначала палача, а потом козла отпущения. Руководимое таким образом НКВД вскоре напало на след заговорщиков. После нескольких допросов Николаев признал, что «убил Кирова по заданию троцкистко-зиновьевской группы». Вслед за тем его расстреляли. 16 декабря Зиновьев и Каменев были арестованы в Москве. В январе 1935 г. они уже признались, что тайный зиновьевский центр существовал на самом деле. На суде Зиновьев получил десять, а Каменев — пять лет тюрьмы. Всю зиму и весну 1935 г. шли массовые аресты их сторонников. В июне того же года было раскручено «кремлевское дело», по которому прошла волна новых арестов — 110 человек были осуждены на различные сроки. В 1936 г. на закрытом совещании верхушки НКВД было объявлено, что раскрыт гигантский заговор, во главе которого стоят Троцкий, Каменев и Зиновьев. В Москву из ссылок и тюрем срочно доставили несколько сотен бывших зиновьевцев. Все они попали в застенках НКВД в жесткую «обработку». Каменев и Зиновьев вскоре дали нужные Сталину показания, признав, что стояли во главе контрреволюционного центра. В августе вместе с 14 другими обвиняемыми они были приговорены к расстрелу и казнены. Однако перед смертью зиновьевцы успели указать на своих «сообщников» — бывших лидеров «левых», в том числе Радека, Серебрякова, Пятакова и др.

Так начался процесс над «параллельным троцкистским центром».

В сентябре 1936 г. Сталин решил форсировать ход репрессий и выпустил на сцену главного исполнителя своих тайных планов. Ягода был снят с поста наркома внутренних дел и вскоре арестован. Поставленный на его место Ежов провел кровавую чистку органов НКВД, во время которой были арестованы и расстреляны все заместители и ближайшие помощники прежнего наркома.

Одновременно произошло стремительное усиление карательных органов. К 1937 г. НКВД превратился в огромную армию со своими дивизиями и сотнями тысяч работников охраны. В их руках сосредотачивалась огромная власть.

Управленцы НКВД в провинциях становятся абсолютно бесконтрольными.

Прокуроры подписывают чистые бланки, в которые следователи НКВД могут заносить любые фамилии. При всех крупных управлениях НКВД создаются особые «тройки». В них входят: местный руководитель НКВД, местный партийный лидер и местный глава советской власти или прокурор. «Тройки» имели право выносить смертный приговор, не считаясь с нормами судопроизводства. Подсудимый при решении своей судьбы не присутствовал. Как правило, все разбирательство занимало не более десяти минут Под контроль всесильного наркомата попадают все партийные и государственные учреждения. На всех крупных предприятиях, во всех учебных заведениях создаются спецотделы. Гигантская сеть осведомителей охватывает всю страну. Особый отдел НКВД надзирает за всеми органами партии вплоть до ЦК.

В январе 1937 г. состоялся суд над «параллельным троцкистским центром».

Одним из главных обвиняемых на нем был Юрий Пятаков, заместитель наркома промышленности Орджоникидзе. Обвиняемые, как и ожидалось, оговорили себя по всем пунктам и дали показания на многих других партийных лидеров, в том числе на Бухарина и Рыкова. В начале 1937 г. те были сняты со всех постов и арестованы. В мае начались аресты командного состава Красной Армии, принявшие вскоре колоссальный размах. Были сняты с занимаемых постов и расстреляны многие легендарные герои Гражданской войны, в том числе маршалы Тухачевский, Егоров и Блюхер. Вслед за ними репрессировали почти всех командующих военными округами, командующих корпусами и армиями, командующих флотами и флотилиями, многих командиров дивизий и половину всех командиров полков. За два года командный состав армии был фактически полностью обновлен. Последним громким процессом над ленинской когортой большевиков стал суд над Бухариным, Рыковым и их сторонниками, начавшийся в марте 1938 г. (по этому же делу проходил и бывший нарком НКВД Ягода). Все обвиняемые признались в возводимых на них обвинениях и в том же месяце были расстреляны.

Параллельно с этими громкими делами раскручивалось множество других, постепенно вбиравших в свою орбиту все новые и новые жертвы. О невиданном разгуле террора свидетельствует тот факт, что только в Центральной тюрьме НКВД на Лубянке каждый день приводилось в исполнение до 200 смертных приговоров. Тяжелый удар был нанесен по Центральному Комитету ВКП(б).

К началу 1939 г. было расстреляно две трети кандидатов и членов ЦК, избранных XVII съездом. Та же судьба постигла многих ответственных работников аппарата ЦК, Ревизионной комиссии, инструкторов и технических работников центральных партийных учреждений. Была арестована большая часть членов Президиума ЦИК и ВЦИК, разгромлен аппарат Госплана, расстреляны многие наркомы, после чего жесткой чистке подверглись подчиненные им аппараты. Мощная волна репрессий прокатилась по всем областям и республикам. Так, например, в РСФСР было разгромлено до 90 % всех обкомов и облисполкомов партии, а также большинство окружных и районных партийных и советских организаций. Та же судьба постигла руководителей профсоюзов и комсомола. В ходе этой Великой чистки сошла со сцены почти вся «ленинская гвардия». На руководящие посты в государстве и партии выдвинулось полмиллиона новых работников. К примеру, из 333 секретарей обкомов и крайкомов сменилось 293. 90 % новых руководителей были моложе 40 лет.

От внимания Сталина не ушли и лидеры «братских» компартий, которым в его планах отводилась чрезвычайно важная роль. Весь 1937 г. продолжались чистки в Коминтерне: шли бесконечные аресты членов германской, испанской, югославской, венгерской, эстонской и прочих рабочих партии. Были уничтожены руководители компартий Индии, Кореи, Мексики, Турции, Ирана. Из 11 лидеров компартии Монголии остался один Чойбалсан. Из руководителей германской компартии уцелели лишь Пик и Ульбрихт. В результате родился новый Коминтерн, вымуштрованный и абсолютно послушный. По сути он превратился в придаток сталинской бюрократической машины.

В конце 1938 г. террор обрушился на самих исполнителей репрессий. В 1938 г. на заседании ЦК Ежов был неожиданно подвергнут резкой критике: его обвинили в том, что по его вине погибло множество невинных людей.

Сталин поручил Лаврентию Берии проверить деятельность НКВД. В декабре 1938 г. он был поставлен во главе этого ведомства. В марте 1939 г. на XVIII съезде Сталин уже прямо сказал о «серьезных ошибках» НКВД, а в апреле 1939 г. Ежов был арестован. Вскоре он сам, его заместители и подручные, а также многие начальники концлагерей были расстреляны. Как и в случае с коллективизацией, Сталин продемонстрировал таким образом свою «доброту». Было реабилитировано 327 000 человек, в том числе около 12 тыс. офицеров и генералов.

Но это была лишь очень незначительная часть пострадавших в ходе чистки. Крупные процессы влекли за собой более мелкие. Известно, что в 1936–1939 гг. из партии было исключено более 1 млн. человек и большинство из них потом арестовано. Террор, направленный главным образом против коммунистов, мгновенно сделался массовым. Семьи «врагов народа», их знакомые, знакомые их знакомых — бесконечные цепочки людей один за другим превращались в заключенных. Всего за два года было репрессировано порядка 5 миллионов человек, пятая часть из них расстреляна, а остальные приговорены к крупным срокам заключения. На севере, в Казахстане и Сибири за несколько лет выросли сотни концлагерей. Режим в них был чрезвычайно суровый — это была настоящая каторга. Заключенные работали до полного истощения по 12–14 и даже по 16 часов в сутки. Местные лагерные власти имели право наказывать и расстреливать заключенных без согласования с Москвой.

В распоряжении Сталина оказалась гигантская масса физически крепких зэков, сведенных его системой до уровня настоящих рабов, труд которых широко использовался в народном хозяйстве. Таким образом, террор решал не только политические, но и экономические задачи — стало возможным дешево осуществлять самые невозможные проекты: строить великие каналы, прокладывать в непроходимых местах железные дороги, воздвигать за полярным кругом заводы, добывать в немыслимых природных, условиях медную руду, золото, уголь и древесину.

С окончанием Великой чистки советское общество было готово к началу Большой войны. Оно было цельным, однородным, закаленным в невзгодах и крепко спаянным господствующей коммунистической идеологией. На всех руководящих постах находились энергичные молодые люди, воспитанные сталинским режимом, готовые беззаветно служить Вождю и Коммунистической партии. Вместе с тем уже была создана тяжелая индустрия и мощная оборонная промышленность. Дело оставалось за малым — начать войну и направить ее течение в нужное русло.

В конце 30-х гг. Сталин сосредоточил свое внимание на внешней политике. Здесь, как и во многом другом, он показал себя изощренным и коварным Дипломатом. Суть его замыслов сводилась к тому, чтобы втравить фашистскую Германию в войну с Францией и Англией, а потом, когда они достаточно ослабнут от взаимного истребления, двинуть в Европу свою многомиллионную армию и разжечь пожар мировой революции. События поначалу разворачивались в выгодном для СССР русле: в августе 1939 г. Гитлер, готовясь напасть на Польшу, предложил Сталину подписать пакт о ненападении. Сталин прекрасно осознавал, что война с Польшей неизбежно приведет Германию к войне с Англией и Францией, и охотно пошел навстречу желаниям фюрера. В своей речи на Политбюро 19 августа 1939 г. он, не скрывая больше своих планов, сказал: «В интересах СССР — Родины трудящихся, чтобы разразилась война между рейхом и капиталистическим англо-французским блоком.

Нужно сделать все, чтобы эта война длилась как можно дольше в целях изнурения обеих сторон. Именно поэтому мы должны согласиться на заключение пакта, предложенного Германией, и работать над тем, чтобы эта война, объявленная однажды, продлилась максимальное количество времени… Опыт двадцати последних лет показывает, что в мирное время невозможно иметь в Европе коммунистическое движение, сильное до такой степени, чтобы большевистская партия могла захватить власть. Диктатура этой партии становится возможной только в результате большой войны. Мы сделаем свой выбор, и он ясен. Мы должны принять немецкое предложение…» Через четыре дня после этой речи был подписан пакт Молотова-Риббентропа. К официальному договору о ненападении был предложен секретный протокол, в котором Германия признала «особые интересы» СССР в Западной Украине, Западной Белоруссии, Прибалтике и Бессарабии. Такова была плата за советский нейтралитет в тот момент, когда все силы германской армии отвлечены на Запад. Это было самое выдающееся достижение советской дипломатии за всю ее историю й самая блистательная победа Сталина во всей его необычайной карьере. 1 сентября немецкая армия перешла польскую границу, что послужило причиной Второй мировой войны. Сталин сразу оказался в очень выгодном положении: напав на Польшу, Гитлер должен был вступить в войну с Великобританией и Францией. Весь Запад уже втянулся в войну, а Сталин, оставаясь нейтральным, мог выжидать удобного момента для нападения и постепенно, одну за другой прибирать к рукам территории, уступленные ему по условиям пакта. 17 сентября советская армия вступила в Польшу и к середине октября оккупировала Западную Украину и Западную Белоруссию. В ноябре она уже вступила в войну с Финляндией. После ожесточенной приграничной битвы финское правительство было вынуждено уступить СССР Карелию с Выборгом. В 1940 г. были оккупированы прибалтийские страны: Латвия, Литва и Эстония, а у Румынии отобрана Бессарабия.

Одновременно шла подготовка к вступлению в европейскую войну. Советская промышленность стремительно перестраивалась на военные рельсы. Об этом прежде всего свидетельствует третий пятилетний план, целью которого был выпуск военной продукции в гигантских количествах и очень высокого качества. Ассигнования на военные нужды возрастали с каждым годом. В 1939 г. на них была израсходована четверть всего бюджета, в 1940 г. — треть, в 1941 — 43,4 %. В 1939 г. Наркомат оборонной промышленности разделился на четыре самостоятельных наркомата: авиационной промышленности, судостроения, производства вооружения и боеприпасов. Под их контроль перешли сотни крупных предприятий и мощных КБ. Выпуск мирной продукции резко сократился. Зато разрабатываются и немедленно запускаются в производство разнообразные образцы военной техники: первоклассные истребители Лавочкина и Яковлева, штурмовик Илюшина и пикирующий бомбардировщик Петлякова. Выпускаются высокоскоростные маневренные легкие танки БТ, приспособленные для наступательной войны, средние танки Т-34 и тяжелые КВ. Быстро растет численность советской армии. Если в 1937 г. она составляла 1,1 млн. человек, в 1938 г. -1,513 млн. человек, к середине 1939 г. — 2 млн. человек, то к началу 1941 в ее рядах было уже 4,207 млн. человек, а к 22 июня 1941 г. — 5,5 млн. Вместе с тем было подготовлено огромное количество резервистов, так что в дополнение к уже имевшимся миллионам только в первую неделю войны под ружье могло встать еще 5,3 млн. солдат и офицеров, и все это были люди, прошедшие военную подготовку. Летом 1940 г.

Сталин принял решение о формировании одиннадцати новых армий — десять из них дислоцировались на западном направлении (против Германии), а одна — на восточном (против Японии). Большинство из них должны были иметь в своем составе танковые корпуса, то есть были ударными, а не оборонительными.

Концентрация таких колоссальных сил на западных границах СССР в конце концов стала тревожить Гитлера. Занятый войной на западе, севере и юге, он начал всерьез опасаться коварного удара с востока. Особенно опасным для Германии был захват Красной Армией Бессарабии, в результате чего советская граница вплотную приблизилась к румынским нефтяным месторождениям — главному источнику сырья для германской топливной промышленности. Вскоре в этом районе начала формироваться мощная группировка советских войск, в состав которой входили воздушно-десантный корпус, гигантская 9-я армия (планировалось, что она будет включать в себя шесть танковых корпусов — более 3000 танков) и Дунайская флотилия. Все это заставило Гитлера отложить нападение на Британские колонии и стянуть все свои силы к границам СССР.

В Советском Союзе тоже шла форсированная подготовка к войне. 15 мая 1941 г. Генеральный штаб во главе с Жуковым предоставил Сталину «Соображения по плану стратегического развертывания Вооруженных Сил Советского Союза на случай войны с Германией и ее союзниками». По существу, это был план внезапного нападения на Германию. На первых страницах Жуков прямо говорил о том, что для успеха войны очень важно упредить ее удар и напасть первыми. Далее он подробно излагал порядок развертывания армий.

Главный удар должны были нанести силы Юго-Западного фронта в направлении Краков — Катовицы. Целью этого наступления было отрезать Германию от ее южных союзников и источников нефти. В середине июня 1941 г. началась переброска из глубины страны к западным границам пяти дополнительных армий. Нападение планировалось на первую декаду июля. Однако на рассвете 22 июня Гитлер нанес сокрушительный опережающий удар по неразвернутым советским армиям, которые в течение нескольких дней были рассечены на части, окружены и разгромлены. В первые же часы войны СССР лишился почти всей своей авиации (она была выдвинута на приграничные аэродромы и стала первой мишенью немецких бомбардировщиков). Сотни тысяч солдат и тысячи танков были истреблены губительным вражеским огнем. Отступающие в беспорядке части должны были бросить огромное количество боевой техники и целые эшелоны боеприпасов. Война началась с чудовищного поражения.

Известие о внезапном нападении немцев и о сокрушительном поражении советских войск было для Сталина тяжелым ударом. Три дня: с 28 по 30 июня он безвыездно провел на даче, не отвечая на звонки и не прикасаясь к делам.

Наконец, обеспокоенный Молотов собрал членов Политбюро и сам поехал к нему в Кунцево. Исхудавший, осунувшийся Сталин встретил их хмуро и намекнул на то, что может уйти с руководящих постов. «Могу ли я дальше оправдывать надежды, довести страну до победного конца? — спросил он. — Может, есть более достойные кандидатуры?» Ворошилов первым возразил, что об этом не может идти и речи. Другие поддержали его, и 1 июля Сталин вернулся в Кремль. Во всей его жизни это, наверно, была единственная минута, когда он позволил себе показать слабость. Больше этого никогда не повторялось. В тот же день был создан возглавленный им Государственный Комитет обороны, которому передана была вся полнота власти в государстве. Через десять дней Сталин встал также во главе Ставки верховного командования.

Началась трудная и методичная работа по восстановлению армии и перестройке промышленности. К счастью, советская военная машина уже была хорошо отлажена. Даже бесчисленные потери и утрата западных областей с их колоссальным промышленным потенциалом не стали смертельными для сталинской государственной системы. Экономика не впала в коллапс, напротив, эвакуированные на восток предприятия стали медленно наращивать производство. Красная Армия не прекратила сопротивление, но продолжала ожесточенно обороняться. Через несколько месяцев немецкое наступление застопорилось — началась упорная затяжная война на истощение.

В годы войны Сталин по-прежнему много работал. Кроме управления промышленностью он осуществлял и общее руководство боевыми действиями.

На первых этапах его приказы не всегда бывали грамотны и оборачивались новыми кровавыми жертвами (окружение наших армий под Киевом в 1941 г., прорыв немцев в излучину Дона и к Сталинграду в 1942 г. — вот лишь некоторые из просчетов Сталина-стратега). Но постепенно он освоился и с этой ролью. В отличие от своих соратников по Гражданской войне — Ворошилова и Буденного — Сталин в конце концов все-таки сумел стать современным военачальником. Позже Жуков писал о нем: «Во время беседы он производил сильное впечатление: способность четко сформулировать мысль, природный ум и редкая память… Поразительная работоспособность, умение быстро схватывать на лету суть дела позволяли ему просматривать и усваивать за день такое количество материала, которое было под силу только незаурядному человеку… Могу твердо сказать, он владел основными принципами организации фронтовых операций и групп фронтов. И руководил ими со знанием дела, хорошо разбирался в больших стратегических вопросах Он был достойным Главнокомандующим».

К 1943 г. Сталин уже имел в своем распоряжении величайшую военную машину из когда-либо существовавших в мире. Его план принести революцию в Европу, хотя и не в том масштабе, который планировался в конце 30-х гг., все же осуществился: разбитая немецкая армия откатилась к стенам Берлина, страны Восточной Европы одна за другой попали в зону оккупации советских войск. 9 августа СССР вступил в войну с Японией. За несколько дней советские войска буквально растерзали Квантунскую армию, после чего Сталин не только вернул Курилы и Южный Сахалин, отомстив Японии за победу над царской Россией, но и оккупировал всю Маньчжурию, что позволило ему поддержать китайскую коммунистическую армию Мао Цзэдуна. На завоеванных территориях Сталин открыто и грубо сформировал лагерь социализма, противостоящий капиталистическому Западу. С 1946 по 1949 г. в Чехословакии, Венгрии, Румынии, Польше, ГДР, Болгарии и Югославии к власти пришли послушные коммунистические правители. Тогда же советские военные специалисты и военная техника помогли Мао захватить Северный и Центральный Китай.

Границы социалистической системы значительно расширились, но все же мировой революции не произошло. Планировал ли Сталин еще один «рывок на запад», который должен был последовать за новой, на этот раз уже ядерной войной? Ответить на этот вопрос трудно. По крайней мере никакого ослабления системы в послевоенные годы не произошло. Уже в 1946 г. СССР оказался в состоянии жестокой конфронтации со своими прежними союзниками — Англией и США. Правительства этих стран с тревогой наблюдали за возрастающей мощью советского монстра. Восстановление разрушенной промышленности, на которое западные советологи отводили десять-пятнадцать лет, произошло в кратчайшие сроки. Имея на востоке мощную индустриальную базу, Советский Союз справился с этой задачей всего за одну пятилетку. Одновременно огромные средства были затрачены на перевооружение армии, которая получила в эти годы новые современные танки, реактивную авиацию, ракеты и ядерное оружие. Как и в 30-е гг., внешней войне предшествовала чистка армии и правительственного аппарата. Десятки тысяч офицеров, возвратившихся из плена, были лишены воинских званий и посланы в лагеря. С 1946 г. начались выборочные аресты и расстрелы генералов. Из них выбивали показания против Жукова. В начале 1949 г. развернулась кампания против «безродных космополитов», направленная прежде всего против евреев и интеллигенции. Одновременно раскручивалось «ленинградское дело», начатое расстрелом высокопоставленных чиновников Вознесенского и Кузнецова.

Но во всех этих акциях уже не было размаха прежних лет. Сталин старел.

Зимой 1953 г. у него усилился ревматизм, болели ноги, и он стал очень раздражителен. В ночь на 1 марта с ним случился удар. Утром охрана нашла Хозяина лежащим на полу, в луже мочи, безголосого и парализованного. Произошло всеобщее замешательство. Медицинскую помощь умирающему вождю начали оказывать только через 13 часов после кровоизлияния. Все попытки спасти его оказались тщетны: ни речь, ни сознание к нему больше не вернулись. Сталин умирал долго и трудно. Лицо его потемнело, изменилось и стало неузнаваемым. Агония была страшной. Вечером 3 марта его не стало.

Обращение

Дамы и господа! Электронные книги представленные в библиотеке, предназначены только для ознакомления.Качественные электронные и бумажные книги можно приобрести в специализированных электронных библиотеках и книжных магазинах. Если Вы обладаете правами на какой-либо текст и не согласны с его размещением на сайте, пожалуйста, напишите нам.

Меню

Меню

Меню

Книги о ремонте

Полезные советы