Игорь Анатольевич Дамаскин


100 великих операций спецслужб

<< Назад | Содержание | Дальше >>

ВТОРАЯ ИПОСТАСЬ БЕЙКЕР-СТРИТ

Одна из самых знаменитых улиц в мире — скромная лондонская Бейкер-стрит, улица, где когда-то жили великий сыщик Шерлок Холмс и его друг доктор Ватсон — герои, рожденные великой фантазией писателя Конан Дойля. Здесь Шерлок Холмс создал свой дедуктивный метод и разрабатывал свои замысловатые многоходовые операции.

Время шло, обстоятельства менялись, и в годы Второй мировой войны на Бейкер-стрит действовал уже не сыщик-одиночка, а могущественная организация — Управление специальных операций (УСО), в недрах которой рождались не менее замысловатые планы и которая распоряжалась судьбами тысяч людей.

Датой рождения УСО считается 19 июля 1940 года, когда Черчилль представил Военному кабинету меморандум, в котором говорилось: «УСО создается, чтобы координировать все акции по подрывной деятельности и шпионажу на территории противника». Позже Черчилль добавит: «Чтобы поджечь Европу».

По иронии судьбы, многочисленные подразделения УСО располагались на Бейкер-стрит и на прилегающих улицах. Прикрытием для организации стала вывеска известной торговой фирмы «Маркс энд Спенсер», а здание офиса фирмы использовалось разведкой всю войну и несколько лет после ее окончания.

Начальником УСО был сэр Чарльз Хамбро. В его подчинение входили региональные отделы, ведавшие разведывательной и диверсионной работой в оккупированных странах Европы. Наряду с УСО в Англии в годы войны существовали и другие разведывательные организации, в том числе «Секретная служба» — армейская, военно-морская, военно-воздушная разведка. Последняя, в частности, устанавливала очередность воздушных налетов на военные объекты Германии и раскрывала планы воздушной войны противника. Один из отделов военной разведки занимался только Германией. Он должен был, например, вести пораженческую пропаганду среди германских войск и мирного населения.

Что же касается УСО, то она вела свою работу путем заброски собственных агентов, а также привлечения патриотов и целых групп движения Сопротивления. При этом Би-би-си была центром, через который передавалось большинство информации. Они обычно передавались в зашифрованном виде во время литературно-музыкальных передач и зачастую носили комичный характер, например в монолог театрального героя вставлялась фраза: «У дяди Джорджа порвался левый носок» или «Желтая корова перепрыгнула через синий забор в полнолуние». Тот, кому это предназначалось, понимал, в чем дело, прочим оставалось недоумевать.

Очень часто одной радиосвязи было недостаточно и приходилось устанавливать личные контакты. УСО подготовило для этой цели сотни мужчин и женщин. Подобрав людей, знающих язык той страны, где им предстояло действовать, их обучали повседневной агентурной работе. Затем они должны были получить знания, необходимые для выполнения специальных операций. Для этого была организована специальная школа в Рингуэе.

Система обучения была приспособлена к потребностям военного времени и исходила из того, что разведчики будут действовать в стране, где число дружественно настроенных граждан по крайней мере в пятьдесят раз больше численности вооруженного противника.

Естественно, что в школе обучали таким предметам, как прыжки с парашютом, организация диверсий, приемы самообороны и нападения, радиоделу и другим дисциплинам, необходимым разведчику. Но, в отличие от немецких и, к сожалению, наших школ военного времени, при подготовке агентов УСО огромное внимание уделялось «мелочам», от которых часто зависели жизнь и успешная деятельность агентов.

Речь идет не только о тщательной отработке документации, легенды биографии, изучения языковых особенностей той местности, из которой якобы происходит агент. Агента снабжали информацией по всем вопросам, которых может коснуться его жизнь в тылу врага — особенности режима проживания и передвижения, устройство на работу, продовольственные нормы, порядок регистрации в полиции, соблюдение комендантского часа. Поддельные документы изготавливались в специальной лаборатории УСО, но к ним добавлялись важные детали: «семейные» фотографии, старые визитные карточки, письма от друга или подруги, билеты метро, в общем всякая мелочь, которую он мог таскать в карманах и от которой зависела его жизнь. Если агент забрасывался, например, во Францию, его обучали вести себя за столом, есть и пить на французский манер; знакомили с самыми свежими французскими анекдотами и каламбурами. Одним из приятных тестов для агентов была проверка «на выпивку» — сколько и чего он (она) сможет выпить, не потеряв голову, и как будет вести себя при этом.

Так же скрупулезно соблюдалась чуткость к забрасываемым агентам. О готовности вылететь на задание его спрашивали не только заранее, но и в последнюю минуту перед посадкой в самолет. При этом ему говорили, что его отказ не повлечет для него никаких неприятных последствий. А тем из заброшенных агентов, с которыми поддерживалась радиосвязь, иногда в завуалированной форме сообщали хорошие новости из дому. Правда, это случалось редко, только тогда, когда требовалось поддержать агента или вдохновить на какое-то опасное дело.

Перед заброской нередко инсценировались «допросы в гестапо», когда агент подвергался сильному психологическому давлению. Был случай, когда девушка по имени Ноор Инайлят Хан не выдержала «допроса», почти лишилась сознания, потеряла голос, а придя в себя побледнела и дрожала от страха. Ее хотели отстранить от задания, но она уговорила послать ее. Когда во Франции она была схвачена гестапо и подверглась пыткам, то держала себя удивительно спокойно, никого не выдала и была расстреляна в немецком концлагере.

История УСО полна крупных и мелких событий, в ней есть место героям и предателям, хорошо организованным акциям и провалам. Первых агентов забрасывали вслепую, на их собственный страх и риск, их никто не ждал, у них не было надежных явок и адресов; они должны были сами устраиваться, создавать свое прикрытие и обзаводиться связями. И во многих случаях попадали прямо в объятия гестапо. Если этого удавалось избежать, агент должен был найти надежных людей из числа своих связей и начать разведывательно-диверсионную работу. Самое большое внимание УСО уделяло работе во Франции по ряду причин, особенно начиная с 1943 года. Это была самая крупная из оккупированных стран, которая находилась ближе всего к Англии, в ней было лучше всего организовано движение Сопротивления, в которое входили десятки тысяч людей самых разных политических взглядов, объединенных чувством патриотизма. Однако французской секции УСО приходилось нелегко с подбором кадров, так как лучших людей де Голль и «Свободная Франция» стремились использовать сами. К тому же де Голль вообще относился к УСО недружелюбно, полагая, что оно нарушает суверенитет Франции и, устанавливая связи с участниками Сопротивления, только мешает им работать. Он не без оснований подозревал, что заброшенная во Францию английская агентура осядет там и впоследствии может быть использована против Франции. Поэтому он запрещал французам идти на службу к англичанам в УСО, хотя его отношения с военной разведкой и СИС были достаточно сердечными. После войны произошел случай, когда во время представления де Голлем героев, участников французского Сопротивления, оказался англичанин, агент УСО. Де Голль за плечи развернул его от себя и сказал: «Ваше место не здесь». Впоследствии, после ухода де Голля, этот англичанин был награжден французским правительством.

Поэтому «французов» зачастую приходилось «создавать» из англичан и канадцев, что вызывало для УСО дополнительные трудности. Оно тесно сотрудничало с Министерством экономической войны (МЭВ).

Интересно, что МЭВ было создано еще до войны, 29 июня 1937 года, под секретным названием «Комитет по экономическому прессингу на Германию», куда входила группа промышленников, банкиров и ученых. Вскоре комитет закрыли, однако он возобновил свою работу в 1938 году, после захвата Гитлером Австрии и Чехословакии. 27 июля 1939 года комитет был преобразован в Министерство.

У руководства УСО существовали серьезные трудности, связанные с непростыми отношениями не только с де Голлем, но также между правительством Великобритании и правительствами в изгнании и национальными комитетами на ее территории. Взгляды Черчилля на роль Сопротивления коренным образом отличались от взглядов этих правительств и комитетов. Они считали, что рейды англичан, диверсии на железнодорожных и военных объектах вызывают репрессии немцев против мирного населения и затрудняют работу сил Сопротивления. Даже самое лояльное норвежское правительство выступило против сотрудничества УСО с секретной патриотической организацией Милорг. Голландское правительство объявило УСО виновным в провале сети английской агентуры, состоящей из голландцев; некоторые голландцы даже обвиняли англичан в предательстве.

Англичане, а затем и американцы совершенно очевидно исходили из того, что те, кто реально борется в Сопротивлении, займут главные политические посты после освобождения. Так и произошло. Не случайно «партия расстрелянных» — коммунисты — выиграли выборы почти во всех освобожденных европейских странах.

Одна из главных зарубежных резидентур УСО находилась в Базеле, швейцарском городе, расположенном в нескольких километрах от французской и германской границ. Это был рай для разведчиков всех стран, и УСО вовсю использовало эти возможности.

В начале деятельности УСО основной энтузиазм его штаба был направлен на возможность ведения подпольной войны во Франции, Польше и Чехословакии. Программа, принятая штабом, предусматривала создание, набор, тренировку и вооружение 130000 человек в этих трех странах. Их надо было вооружить, главным образом новым оружием, которое должно было доставляться на самолетах-бомбардировщиках. Однако эта программа была отвергнута начальником штаба.

Летом 1941 года УСО представило новую программу, по которой во Франции и Голландии должно было быть подготовлено 45000 бойцов. Но и эта идея из-за нехватки самолетов оказалась нереализованной.

На конференции начальников штабов в Вашингтоне, носившей название «Аркадия», роль Сопротивления и секретных армий в Европе была упомянута лишь между прочим. (Надо отметить, что «помощь России всеми возможными средствами» в перечне основных задач заняла почетное второе место, после «усиления бомбардировки Германии авиацией США и Великобритании».) Руководство английского генерального штаба, которому подчинялось УСО, стало считать Францию сомнительным объектом для серьезных операций, ибо, хотя УСО забрасывало туда оружие и снаряжение, оно в основном терялось где-то в разобщенных между собой отрядах и группах Сопротивления.

1942 год закончился для УСО неудачно. Агентов было заброшено мало, к тому же многие из них были захвачены немцами. Связь с оставшимися часто прерывалась на несколько недель (а за это время немцы зачастую захватывали агента или радиста, а затем заставляли его работать под их контролем). Поставки оружия и взрывчатых веществ почти прекратились.

Жизнь французской секции возродилась после прихода нового начальника, майора Мориса Букмастера. Количество забросок в 1943 году увеличилось, но поставки оружия и взрывчатых веществ оставались смехотворно малыми: за весь год около 900 килограмм взрывчатых веществ, 388 пистолетов, 269 автоматов…

Но затем, когда УСО было передано подразделение транспортной авиации, поставки возросли. Приоритет был у Франции, но самолеты летали уже и над другими оккупированными странами. По приказу Черчилля, в январе 1944 года УСО получило в свое распоряжение 35 самолетов. Если в IV квартале 1943 года был 101 самолетовылет, то в I квартале 1944 года их стало 604, а во II — 1728. Черчилль также отдал распоряжение о том, чтобы в связи с подготовкой вторжения во Францию отряды партизан (маки) снабжались оружием в первую очередь. Соответственно увеличилась и заброска оружия. Только за первые 4,5 месяца 1944 года с парашютами было сброшено 45000 автоматов, 17000 пистолетов и много другого оружия и боеприпасов.

Агенты УСО, часто действуя совместно с отрядами Сопротивления, осуществили немало диверсий. Только в течение 10 месяцев, между июнем 1943 года и маем 1944 года, были уничтожены или серьезно повреждены 1822 локомотива, 200 пассажирских вагонов, уничтожены 2500 товарных вагонов и повреждены 800. В докладе полиции Виши отмечалось, что за период с 25 октября по 25 ноября 1943 года имели место свыше 3000 попыток диверсий на железнодорожных линиях, из которых 427 принесли большой ущерб, а 132 вызвали крушения поездов и «серьезные потери германских войск».

С приближением открытия Второго фронта и после «дня Д» количество диверсий в немецком тылу еще больше увеличилось. В августе 1944 года было уничтожено 668 локомотивов и осуществлено 2900 успешных нападений на железнодорожные пути и следовавшие по ним войска.

В октябре 1943 года генерал Рундштедт направил на имя Гитлера рапорт, в котором выражал «тревогу по поводу увеличения саботажа на железных дорогах, которое связано с возрастающим количеством поставок с помощью парашютов для агентов и участников Сопротивления со стороны УСО». Он докладывал, что «только в сентябре было 534 очень серьезных актов саботажа на железных дорогах по сравнению со 120 за всю первую половину года». Рундштедт утверждал, что в случае вторжения союзников ситуация «ухудшится из-за невозможности проводить ремонтные работы».

Считая, что большинство диверсий проводится железнодорожниками или с их участием, гестапо арестовывало их тысячами. Одновременно немцы вынуждены были направить во Францию 20000 германских железнодорожников. Германская армия и подразделения СС отзывались с фронта для круглосуточной охраны станций, депо и железнодорожных линий.

Диверсии проводились агентами УСО и участниками Сопротивления, не связанными с УСО, и на промышленных предприятиях, работавших на Германию, в том числе таких крупных, как «Шнейдер-Крезо», «Мишлен» и других, а также на электростанциях, линиях электропередач и связи. Взрыв на радиостанции в районе Бордо, используемой для связи с подводными лодками, действующими в Атлантике, причинил немцам огромный ущерб.

Немцы жестоко мстили за акты диверсий и саботажа. По меньшей мере 24000 борцов Сопротивления были казнены немцами во Франции, 115000 депортированы в германские концлагеря (только 40000 из них вернулись обратно). Была уничтожена деревня Орадур-сюр-Глан вместе со своими жителями, включая женщин и детей (как и чешская Лидице, и белорусская Хатынь).

Значительные операции УСО провело не только во Франции, но и в других оккупированных немцами странах — Бельгии, Дании, Голландии, Норвегии.

За время своей деятельности УСО одержало немало побед, но совершило и немало ошибок и понесло немалые потери. Сотни агентов были арестованы немцами, расстреляны на месте или казнены в фашистских концлагерях.

Обращение

Дамы и господа! Электронные книги представленные в библиотеке, предназначены только для ознакомления.Качественные электронные и бумажные книги можно приобрести в специализированных электронных библиотеках и книжных магазинах. Если Вы обладаете правами на какой-либо текст и не согласны с его размещением на сайте, пожалуйста, напишите нам.

Меню

Меню

Меню

Книги о ремонте

Полезные советы