100 великих тайн Второй мировой

Николай Николаевич Непомнящий

<< Назад | Содержание | Дальше >>

ТАЙНОЕ ВТОРЖЕНИЕ ГИТЛЕРА В СОЕДИНЁННЫЕ ШТАТЫ

В субботу 13 июня 1942 года двадцатилетний пограничник морской береговой охраны Джон Каллен сразу после полуночи вышел со своего поста в Амагансетте на Лонг-Айленде, чтобы совершить обычный патрульный обход побережья. Он нёс в руках фонарик, который время от времени включал, освещая берег впереди себя. Впрочем, из-за густого тумана он мог видеть только на шесть-семь метров.

Пограничник отошёл от поста всего на километр, когда неожиданно наткнулся на четырёх человек, стоявших на мелководье вокруг небольшой лодки.

— Что здесь происходит? — резко спросил он.

Один из незнакомцев, длиннолицый, говоривший с лёгким иностранным акцентом, объяснил, что он и его товарищи — рыбаки и что они заблудились в тумане.

Каллена его объяснения не удовлетворили.

— Вам придётся пройти со мной на пост, — объявил он.

Длиннолицый «рыбак» взял его за руку.

— Послушай, парень, — сказал он. — У тебя есть мать и отец? Ты хочешь их снова увидеть? Тогда возьми вот эти деньги и потрать их в своё удовольствие. И забудь, что ты здесь видел, понял?

Ошеломлённый юноша медленно сжал в руке пачку купюр. У него не было оружия, и он чувствовал, что наткнулся на нечто такое, с чем в одиночку ему явно не справиться. Отступив назад, он повернулся и побежал к посту береговой охраны.

Длиннолицый человек и трое его спутников быстро разгрузили резиновую лодку, на которой они доплыли до берега с доставившей их подводной лодки U-202, и, быстро выкопав яму, сложили в неё четыре водонепроницаемых ящика, заполненных взрывчаткой, детонаторами и часовыми механизмами в количестве достаточном, чтобы нанести серьёзный удар по американской промышленности. После этого — как раз когда Каллен подбегал к старому деревянному домику, где находился морской пограничный пост, — они поспешили по дороге вдоль побережья по направлению к железнодорожной станции Амагансетта. Когда Каллен и два его товарища, вооружившись, прибежали назад, они увидели только покрытый туманом пустынный берег. Так осуществилась высадка нацистских диверсантов на побережье Соединённых Штатов.

В общих чертах план остановки выпуска продукции ключевых американских предприятий был составлен абвером — органом разведки немецкого Верховного командования вермахта. Разработку его механизма поручили лейтенанту разведки Вальтеру Каппе, человеку неординарного ума и вспыльчивого характера, который на протяжении 12 лет занимался пропагандой нацизма в Чикаго и Нью-Йорке и созданием там соответствующих организаций. План Каппе предполагал привлечение живущих и работающих в Соединённых Штатах немцев, усвоивших американские обычаи и язык и уже чувствовавших себя в этой стране как дома.

Небольшие группы таких людей, соответствующим образом обученных и снабжённых всем необходимым, должны будут высаживаться с подводных лодок и отправляться к заранее указанным целям-объектам. Каппе был убеждён, что недостатка в пособниках из числа германо-американцев у них не будет. Контакты с Каппе и друг с другом эти люди будут поддерживать, давая объявления в чикагской газете «Трибьюн». Когда подрывная сеть будет налажена, он сам проникнет в Соединённые Штаты и примет руководство над ней, обосновавшись в законспирированной штаб-квартире в Чикаго.

Зимой 1941 года Вальтер Каппе начал вербовку своих агентов. Это была нудная и длительная работа. Он знакомился с имеющимися в гестапо списками недавних репатриантов, выступал в Институте зарубежных стран, организованном для привлечения немцев за границей в национал-социалистическую партию, просматривал картотеки вермахта, беседовал со всеми кандидатами. Наконец, 10 апреля 1942 года в комплексе отведённых под школу построек, стоявших в густом лесу недалеко от Берлина, была собрана небольшая группа добровольцев, которой вскоре предстояло возглавить нацистское «вторжение». В их числе были: Джордж Джон Даш, человек с длинным лицом и самый старший член группы — ему было 39 лет, он прибыл в Штаты нелегально в 1922 году, некоторое время работал официантом в Нью-Йорке и даже служил короткий период в авиационных частях перед возвращением в Германию в 1941 году; Вернер Тиль, приехал в Америку в 1927 году и, оформив документы о натурализации, прожил там 14 лет; Эдвард Керлинг, убеждённый нацист, проработавший в Америке шофёром и слугой 11 лет; Герман Нойбауэр, повар; Герберт Ганс Гаупт, самый молодой в группе, 16 из своих 22 лет он провёл в Соединённых Штатах и был американцем по праву рождения; Эрнст Петер Бюргер, член нацистской партии, работавший в Америке машинистом и служивший в Национальной гвардии; Генрих Генк, инструментальщик, проживший в Америке 13 лет; Рихард Квирин, приехал в Соединённые Штаты в 1927 году, а через несколько лет, будучи квалифицированным механиком, вернулся обратно.

В полдень лейтенант Каппе повёл своих подопечных на экскурсию по школе и сказал курсантам, что с этого момента они потеряны для мира, что никто не узнает, где они находятся. Следующим утром с рассвета началась их ежедневная интенсивная подготовка: гимнастика, лекции по зажигательным средствам, взрывчатым веществам, запалам, часовым механизмам и тайнописи, практические занятия по метанию гранат, стрельбе и борьбе, а также практическое выполнение заданий по совершению диверсий. Особое внимание инструкторы уделяли веществам, которые можно было купить в любой аптеке, не вызывая подозрений. Например, эффективная зажигательная смесь изготавливается из серной кислоты и сахарной пудры. Секретные чернила делаются при помощи таблетки аспирина, растворённой в спирте: высыхая, письмо исчезает, а после протирания смоченной в спирте ватой чётко проступает.

29 апреля началась заключительная проверка. Курсантов разбили на команды, и каждой были выданы запечатанные инструкции с заданием отправиться к макету фабрики, на конечную станцию железнодорожной ветки или к нефтехранилищу. Прибыв на место, они должны были скрытно изучить обстановку, приготовить взрывчатку и в течение 36 часов уничтожить объект. В конечном итоге двух человек, пойманных неожиданно вышедшим в рейд патрулём школы и заваливших задание, исключили.

Проверка была закончена, выпускникам обещали ежемесячное жалованье и хорошую работу после войны, затем разделили на две группы и вручили задания. Группе № 1, возглавляемой Дашем и включающей Бюргера, Генка и Квирина, предписывалось совершить диверсии на нескольких алюминиевых заводах (в Алькоа, Теннесси; в Ист-Сент-Луисе, Иллинойс; в Массене, Нью-Йорк) и на криолитовом предприятии в Филадельфии; кроме того, они должны были взорвать шлюзы на реке Огайо между Питтсбургом и Луисвиллем. Группе № 2 — Нойбауэра, Тиля и Гаупта под началом Керлинга — поручалось заняться железнодорожными мостами и тоннелями, взорвать нью-йоркский мост Хелл-Гейт на Ист-Ривер, разрушить систему водоснабжения Нью-Йорка. Помимо этого члены обеих групп должны были при каждой удобной возможности взрывать бомбы в общественных местах, чтобы сеять панику.

Утром 26 мая, за два дня до погрузки диверсантов на подводные лодки U-201 и U-202, стоявшие в бухте в Лорьене, он выдал им деньги на проведение операций: 50 000 американских долларов старшему в группе и по 4400 долларов, спрятанных в поясах, остальным. Даш стал укладывать свои деньги в чемоданчик с двойным дном, как вдруг осознал, что значительную их часть составляют «золотые» банкноты, вышедшие из обращения ещё девять лет назад. Уличающие купюры были быстро заменены, но в душу каждого агента закралось сомнение. Как позднее объяснял Даш: «Я не мог выбросить из головы эти деньги. Если они так небрежны — эти люди, которые всё организуют и готовят нас — то чего стоят наши головы?»

Теперь у Даша, спешившего вдоль берега к Амагансетту, появилась новая причина для беспокойства. Он думал о том, что они даже не успели вытащить из воды резиновую лодку, как уже случилась первая неудача — встреча с этим пограничником. На железнодорожной станции он купил несколько газет и, раздав их остальным, порекомендовал, чтобы они погрузились в чтение, как настоящие пассажиры, и не разговаривали. В 6.57 четверо немцев сели на поезд до Нью-Йорка. Приехав в Нью-Йорк, Даш и Бюргер устроились в «Говернор Клинтон отеле» на Уэст 31-стрит, а Генк и Квирин — в «Мартинике».

Они могли быть довольны собой: им удалось благополучно высадиться, они ни у кого не вызвали подозрений в поезде и без проблем растворились в городе. И тут в действиях диверсионной группы № 1 произошёл решительный перелом. Почему это случилось так внезапно — установить не удалось. Едва Бюргер с Дашем остались в номере одни, последний начал нервно ходить из угла в угол.

— Послушай, — заговорил он. — Мне всё это очень не нравится. Я хочу, чтобы ты сказал мне, что сам об этом думаешь. У меня есть идея, как нам из этого выпутаться.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду, — произнёс Бюргер.

— Ну и отлично. Но если ты не согласен, мне придётся тебя убить прямо здесь и сейчас.

— На мой счёт можешь не беспокоиться, — последовал ответ.

В субботу, перед восемью часами вечера, в кабинете сотрудника ФБР Дина Ф. МакУортера, находившегося в федеральном суде Нью-Йорка, зазвонил телефон. Когда он поднял трубку, человек, говоривший со слабым иностранным акцентом, сообщил, что он только что высадился с немецкой подводной лодки и что у него есть важная информация для Дж. Эдгара Гувера.

Шёл седьмой месяц войны, и ФБР замучили звонками всякие сумасшедшие и просто чудаки, поэтому МакУортер составил докладную записку о странном звонке и занялся другими делами. Этот звонок приобрёл особый смысл, когда служба береговой охраны сообщила ФБР о ночном происшествии у Амагансетта и обнаруженных затем ящиках со взрывчаткой.

Тем временем в 1000 миль к югу U-201, перевозившая диверсионную группу № 2, приближалась к побережью Флориды. 17 июня она всплыла поблизости от Понтеведра-Бич в 25 милях к юго-востоку от Джэксонвилла. Пересев в резиновую лодку, Керлинг, Нойбауэр, Тиль и Гаупт добрались до берега. Быстро переодевшись и закопав снаряжение, они дошли до автострады № 1 и стали ждать автобус до Джэксонвилла. Следующим утром Керлинг и Тиль уже сидели в поезде, идущем до Цинциннати, а Гаупт и Нойбауэр находились на пути в Чикаго.

Джордж Даш оставался в Нью-Йорке несколько дней, а в четверг приехал на поезде в Вашингтон и позвонил в главное управление ФБР.

— Я тот человек, который звонил вашему сотруднику в Нью-Йорке, — сообщил он. — Я поселился в отеле «Мэйфлауэр» в номере 351.

Вскоре он уже рассказывал свою длинную историю двум появившимся в его номере особым агентам ФБР. Признание Даша заняло 254 машинописные страницы, напечатанные через один интервал. Среди сообщённой им важной информации были сведения о Каппе и его диверсионной школе. Он составил список объектов, указанных группам № 1 и № 2, дал описания всех членов и назвал имена и адреса людей в Соединённых Штатах, с которыми они могли пойти на контакт.

Приблизительно в то время, когда Даш заканчивал свои признания в Вашингтоне, агенты ФБР в Нью-Йорке зашли в номер Эрнеста Петера Бюргера в «Говернор Клинтон отеле» и арестовали его. Было явно видно, что он испытал скорее облегчение, чем удивление. А через час Генк и Квирин, вернувшиеся к себе в отель из кинотеатра, тоже обнаружили, что их ожидают агенты ФБР.

У Эдварда Керлинга, старшего в группе № 2, в Нью-Йорке жила жена. 22 июня он выехал из Цинциннати в сопровождении Тиля, чтобы увидеться с ней, а вечером следующего дня они были арестованы.

В Чикаго тем временем Гаупт вернулся в свою комнату в старом родительском доме. Беззаботный и самоуверенный, он явился в отделение ФБР и осведомился о своём призывном статусе. «Всё в порядке», — ответили ему. На самом деле, в порядке было уже не всё. ФБР уже установило за ним наблюдение, а через неделю, в ночь на 27 июня, задержало — после того, как он вывел агентов на Германа Нойбауэра, последнего из восьми диверсантов.

Через пять дней, 2 июля, президент Рузвельт назначил военную комиссию для слушания этого дела. Такой трибунал созывался в Соединённых Штатах впервые со времён убийства Авраама Линкольна в 1865 году, и он проходил в строжайшей секретности.

Суд открылся выступлением генерального прокурора Фрэнсиса Биддла, который вместе с главным военным прокурором Майроном Крамером выступал со стороны обвинения. В дополнение к очень подробным признаниям обвиняемых он предъявил привезённые ими взрывчатые вещества. Защита же строила свои доводы на одном очень существенном обстоятельстве: немцы не совершили ни одного акта диверсии, более того — они даже не собирались этим заниматься. 8 августа подсудимые услышали заключение комиссии, одобренное президентом: все они были признаны виновными в нарушении законов войны. Даша приговорили к 30 годам тюрьмы, Бюргера к пожизненному заключению, а остальных — к смерти на электрическом стуле. Они были казнены в тот же день и похоронены в безымянных могилах в Вашингтоне.

Обращение

Дамы и господа! Электронные книги представленные в библиотеке, предназначены только для ознакомления.Качественные электронные и бумажные книги можно приобрести в специализированных электронных библиотеках и книжных магазинах. Если Вы обладаете правами на какой-либо текст и не согласны с его размещением на сайте, пожалуйста, напишите нам.

Меню

Меню

Меню

Книги о ремонте

Полезные советы